Колодец детских невзгод. От стресса к хроническим болезням

Известно, что Гатри разработал упрощенный анализ крови на фенилаланин за три дня. К сожалению, процесс разработки протокола скрининга на НДО в нашей клинике был каким угодно, но только не быстрым и не простым. К 2015 году мы, так или иначе, посвятили этому делу уже семь лет. В клинике Бэйвью мы начинали с того, что просто узнавали личные истории пациентов, обращая внимание на все, что могло иметь отношение к десяти видам НДО, и записывали полученную информацию в медицинские карты. Однако у этого подхода обнаружился ряд недостатков. Он требует, во-первых, времени, а во-вторых – умения обходить эмоциональные препятствия при задавании вопросов. На все это у медиков первичного звена нет ни ресурсов, ни подготовки. Хотя такой подход и позволял оказывать более качественную помощь пациентам, он был далек от идеала. Мы знали, что должны его усовершенствовать, и лишь после этого его можно было выносить за пределы нашей маленькой клиники.

ЦОМ повезло – его работа строилась на фундаменте успехов клиники Бэйвью. Мы уже нашли верный путь в отношении скрининга, и как только в ЦОМ появились необходимые ресурсы, клиническая и исследовательская команды вместе начали работу над усовершенствованием скрининга, чтобы им мог воспользоваться любой врач. Эта процедура должна была быть простой и в то же время иметь доказательную базу.

Прошло несколько лет (а сколько пота и слез было пролито! Без крови, к счастью, обошлось). Бланк для скрининга, который для Лайлы заполняла ее мать, сильно отличался от того, который я использовала для своих пациентов вначале. Во-первых, теперь он был в бумажном (или электронном) виде, и родители могли ответить на вопросы еще до встречи со мной. Во-вторых (и в этом заключается настоящее нововведение), теперь мы перечисляли 10 типов НДО и специально просили родителей не указывать, с какими именно из них столкнулся ребенок, – а только сообщить, со сколькими из них. Внизу страницы нужно было указать общее количество – это и был балл НДО. Мы называем такой скрининг «без подробностей», поскольку он не позволяет узнать, через что конкретно прошел ребенок, зато решает две главные проблемы скрининга: экономит время (раньше приходилось тратить на опрос существенную часть консультации) и позволяет получить важную информацию. И доктор Фелитти, и я замечали, что врачи даже больше пациентов опасаются заводить разговоры о прошлых событиях, связанных с насилием и невниманием. Специалисты переживают, что это будет неприятно пациентам, что те не расскажут им правду или, еще хуже, – расскажут всю правду, и сопутствующий такому рассказу эмоциональный взрыв уведет прием «не туда», а то и вовсе придется писать отчет в органы опеки. Деидентифицирующий скрининговый инструмент позволил вынести все эти сложности за скобки.