К двадцатипятилетию первого съезда партии
- Автор: Эйдельман Б. Л., Поляк А. I.
- Год: 1923
- Язык: русский
- Год: Государственное издательство
- Жанр: История
Электронная книга - «К двадцатипятилетию первого съезда партии». Краткое содержание книги:
Из Гомеля от Гельмана я получил письмо, в котором он меня извещал о посещении Моисея. Письмо было написано в приподнятом тоне и ясно говорило, что Моисей произвел огромное впечатление не только на самого Гельмана, но и на многих тогдашних гомельских революционеров и им сочувствующих.
Между тем в Минске в типографии Дворжеца работа отчета заканчивалась. Не обошлось и без стычки с администрацией. Так как на этой сдельщине мы заработали довольно хорошо (от 60 до 80 рублей в неделю), то администрации это показалось чересчур жирным для рабочих и она решила сбавить нам с условленной цены. Началась борьба, выступили на сцену угрозы забастовкой. Администрация решила немедленно рассчитать наборщика А., стоявшего во главе компании сдельщиков и являвшегося представителем для переговоров во время конфликта. Тогда я тоже выступил вперед и потребовал, чтобы и меня рассчитали, а за мною последовали с таким же заявлением и другие наборщики. Таким образом, наборщика А. нам удалось отстоять и добиться расплаты по условленной расценке.
После этого я решил уехать из Минска. Моисей о себе ничего не сообщал и я решил его поискать в Киеве. В Киеве я его не нашел и поехал в Харьков. По счастливой случайности я в Харькове в среде наборщиков натолкнулся на единомышленников, в скорости же получил весточку и от Моисея. В кратком, написанном не совсем твердым почерком, письме он меня извещал, что он скоро будет в Харькове. Он действительно вскоре приехал со свежим экземпляром отчета Лондонского социалистического конгресса 1896 г. под
[167]
фирмой издания «Группы рабочих революционеров». Кажется, он сам его набрал и напечатал, без чьей-либо посторонней помощи. За два дня пребывания в Харькове, которые он отдал большей частью разговорам и беседам со мною, я был посвящен в некоторые подробности той небольшой революционной организации, к которой принадлежал Моисей и в которой я с тайной гордостью стал причислять и себя. Он мне говорил о своем брате Михаиле, о невестке Белле, проживавших в то время в Белостоке, и о других товарищах, работавших в Польше, в Ковне, в Влльне и других городах.
Забрав у меня накопленный шрифт, он опять уехал, наказав продолжать работу по добыванию и обещав о себе дать скоро знать.
В это время я уже состоял членом одного революционного кружка, в который входили рабочие: Борис Линцер, железнодорожник Матросов, литограф Федоров и другие. Руководился кружок студентом-медиком под кличкой Герасим Федорович (Илья Максимович Ромм). В этом кружке мы занимались изучением эрфуртской программы Каутского, непосредственная же революционная работа моя выражалась в помощи Линцеру по завязыванию прочных связей в среде типографских рабочих, на почве создания полунелегальных, полулегальных касс взаимопомощи. Подходить тогда к рабочим с политикой считалось очень рискованным и смелым делом. Я не помню точно взгляда нашего руководителя Герасима Федоровича на нашу работу в рабочей среде, но, кажется, он относился к этой работе если не совсем одобрительно, то во всяком случае терпимо. Другое дело — Моисей. Узнав от меня об этой работе во время его пребывания в Харькове, он резко высмеял меня и товарищей и поставил вопрос о необходимости революционной агитации ребром. Впоследствии это имело на меня свое воздействие и весною того же года, когда у меня жил Гельман и приезжал случайно Поляк, известный впоследствии стачкист и экономист, у нас происходили ожесточенные споры на эту тему и я уже в этих спорах стоял на точке зрения необходимости решительной политической агитации, а также и культурного развития.
В начале лета я покинул Харьков, нагруженный двумя чемоданами шрифта и провожаемый Соломоном (Гельманом)
[168]
и другими товарищами. Побывав дома, у родителей в Гомеле, я получил место наборщика в уездном городке Минской губ. Речице, лежавшем в 40-верстном расстоянии от Гомеля и соединенном с ним железнодорожным сообщением. Я поселился в домике одного крестьянина на окраине городка среди простора полей, вблизи густого леса. И в этом домике в моей большой комнате вдали от всех, скрытые полной безопасностью захолустья, мы провели с Моисеем не мало счастливых вечеров. Раз понаведавшись в Гомель ж моим родителям и узнав, что я поселился в Речице, Моисей стал моим частым гостем. Вполне одобрив мое решение поселиться в тихом городке, он также часто у меня отдыхал душой и телом от тех треволнений, которые давала ему его неутомимая революционная деятельность.