Всадники в грозу. Моя жизнь с Джимом Моррисоном и The Doors

Для других мы были темной фонограммой, ярившейся в их мозгу, когда они были под огнем. Самые отпетые из пехотинцев, те, кому выпало воевать в Долине О Шо, где каждая ночь была как Четвертое Июля, стягивали банданами свои отросшие волосы, глотали кислоту, отрезали уши и головы у мертвых вьетконговцев в боевом кураже и косили врагов из пулеметов под голос Джима, певшего “The End”. Взглянув им в глаза, «тыловые крысы» гадили в штаны от страха, когда они возвращались на базы.

Когда вышел фильм «Apocalypse Now» (Апокалипсис Сейчас), мы приняли участие в ток–шоу на радио, и Джон Миллиус, один из авторов сценария, рассказывал, как наши песни помогали его воображению.

«Когда я слушаю «Зажги Мой Огонь», я представляю себе, что бью по «гукам» с вертолета во Вьетнаме… или ломлюсь на танке через горящую деревню». Миллиус никогда не был на службе, его комиссовали по здоровью — у него была астма. Я годами выслушивал разные личные истории, связанные с “Light My Fire” — кто-то, слушая ее, в первый раз в жизни занимался любовью, кто-то впервые курил траву, для кого-то это была первая пластинка, купленная за свои деньги — но рассказ Мллиуса меня огорчил. Когда мне довелось пообщаться с настоящими ветеранами Вьетнама, я открыл для себя, что в армии стараются так запрограммировать молодых ребят, чтобы понятие «врага» в их сознании обезличилось, и таким образом готовят к акту убийства. Поэтому употребление таких терминов, как «гуки», широко поощряется.

Миллиус сказал, что он использовал нашу музыку в качестве фона, усиливающего актерскую мотивацию, во время съемок своих гладиаторских фильмов. Барабаны всегда применялись как инструмент, возбуждающий воинственность в мужчинах, но я играл отнюдь не для того, чтобы помочь Арнольду Шварценеггеру обезглавить «врага».

Меня всегда бесит, когда рок-н-ролл эксплуатируют в качестве «боевой» музыки в «военно-патриотических» фильмах. Мода стала повальной после «Top Gun», восславившего военно-воздушные силы. Вьетнам прозвали «рок-н-ролльной войной», потому что солдаты слушали эту музыку, помогавшую им выжить, и это совсем не то, что творят сейчас какие-то режиссеришки (те же генералы, по сути), используя рок, чтобы «вызвать патриотические чувства».

«Когда мне нужна некая добрая языческая резня, я ставлю The Doors», — говорил Миллиус.