Всадники в грозу. Моя жизнь с Джимом Моррисоном и The Doors
- Автор: Денcмор Джон
- Год: 1990
- Язык: русский
- Год: Delacorre Press; Bantam Doubleday Dell Publishing Group; 666Fifth Avenue, New York, New York 10103
- ISBN: 0-385-30033-6
- Переводчик: Антон Яковина
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Всадники в грозу. Моя жизнь с Джимом Моррисоном и The Doors». Краткое содержание книги:
Что за хрень с нами случилась? Мы создали такую замечательную штуку, нашу группу и нашу музыку, от чего же все так завонялось? Я сказал Полу Ротшильду, что с меня хватит. Он попросил меня присесть и стал говорить, что я состою в одной из самых уважаемых и вызывающих зависть групп в мире. Я слушал его, продолжая размышлять о том, что Пол говорил нам о Джиме за несколько дней до этого, после его очередной попойки. Он заявил Рею, Робби и мне, что мы являемся очевидцами уникального психологического опыта, и что мы должны как можно скорей записать побольше пленок с Джимом, потому что он думает, что Джима надолго не хватит.
— Есть Битлз, Стоунз и Дорс, — говорил мне Пол, когда мы сидели с ним с глазу на глаз в холле студии. Для меня в тот момент это не было достаточным аргументом. Я был готов скорее стать изгнанником и пожертвовать всей будущей карьерой, чем продолжать двигаться в этом направлении. Видит Бог, это вгоняло меня в депрессию. В одном из интервью, когда речь зашла о нашем третьем альбоме, Робби сказал: «Много раз случалось, что Джим напивался и приводил в студию своих пьяных друзей, и Пол выставлял их вон. Сцены, плотное глотание колес и все такое. Это был конкретный рок-н-ролл». Но я ощущал нечто большее. Костлявую с косой.
Я не мог понять, как Рей и Робби могут подставлять другую щеку. Я знал, что Робби способен ощущать боль Джима, но он был слишком робок, чтобы что-то предпринять. Я знал, что он любит успех и не любит конфронтаций. Я считал, что Рей должен или, по крайней мере, может попытаться остановить безумство. Он был тем, кто собрал нас всех в одну группу. Во всяком случае, именно так вот уже несколько лет писали в прессе.
Короче, я не стал дожидаться, пока другие остановят Джима. Я вернулся обратно в студию, поглядел на Джима, на его друзей и сказал: «Я ухожу!» Затем я швырнул на пол свои палочки и хлопнул дверью. Это был мой протест против психопатии.
На следующее утро я не знал, чем себя занять. Проснувшись, я заварил травяного чаю, сделал йоговские упражнения и постриг ногти на руках. Последнее — по здравому размышлению. Меня всего обсыпало, и так было меньше шансов расчесать себя до крови. В полдень я решил вернуться на студию. Меня потянуло обратно, потому что я не знал, как жить дальше. Я не мог бросить то единственное, что наполняло мою жизнь в течение многих лет: музыку.
Всю дорогу от своего дома в Лорел Каньоне до студии «TT & G» на углу Сансет и Хайленд, я ощущал себя полным идиотом. Черная Моррисоновская туча по-прежнему клубилась там, я ощутил и это, едва переступив порог, но, слава Богу, меня встретили так же, как и Джима, после его закидонов: молчанием. Я бы не снес, если бы меня стали стебать вслух.
Я набрал полную грудь воздуха, прошел в звукорежиссерскую и сказал:
— Над какой песней сегодня работаем?
— У нас тут с Брюсом возникли кое-какие технические проблемы, — отозвался Ротшильд. — Думаю, это на несколько часов… а пока, может, тебе будет интересно пообщаться с двумя барышнями. Они в фойе. Это «Plaster Casters»!
— Что еще за хрень?
— А ты сходи, разберись, Джон.
С подачи Фрэнка Заппы, парочка работящих группиз сделала выставку в художественной галере. Художества были еще те. Барышни делали гипсовые слепки с эрегированных членов рок-звезд! Одна из барышень была мозговым центром — ей пришла в голову идея — а другая «готовила натуру». В ее задачи входило привести клиента в надлежащее состояние, пока первая замешивала гипсовый раствор в кружке из-под кофе. Работа у девушек была тонкая, подходить к ней надо было с умением и аккуратностью. Не приведи Господи, причиндалы знаменитости прихватит гипсом, сохнет-то быстро! Или, скажем, отдирать засохший гипс от лобковых волос? Я получил приглашение «попозировать», но спасовал. Все остальные члены группы тоже не подписались. Вызвался только один доброволец, наш ассистент звукорежиссера, Фриц Ричмонд. Он играл когда-то, в старом составе Jim Kweskin Jug Band.
На выставку я сходил. Мне запомнились три экспоната: очень большой, Джими Хендрикса, очень кривой, одного клавишника, и еще один, моего коллеги, ударника из Canned Heat, Фрэнка Кука.
“Unknown Soldier” был выпущен в качестве нашего второго сингла с альбома «Waiting For The Sun», следом за “Hello, I Love You”, ставшей хитом. Коммерческий успех «Неизвестному Солдату» не светил, из-за политической подоплеки текста. Но я был горд первым откровенным политическим заявлением Джима, и горд за нашу звукозаписывающую компанию, которая не побоялась его поддержать.