Всадники в грозу. Моя жизнь с Джимом Моррисоном и The Doors

Наша работа в студии начала превращаться чёрт знает во что. От публики, с которой отвисал тогда Джим, мне хотелось блевать. Один из них, Том Бейкер, сыгравший главную роль в одном из фильмов Энди Уорхолла, по крайней мере, был талантлив. Его уже нет с нами. Порой меня посещают фантазии, в которых Джим и Том опрокидывают бутылочку Courvoisier, прямо сейчас, в компании с Джимми Ридом, который присоединился к ним попозже. Но двое других уродов, Фредди, фан-пиявка в мужском облике, и некий блондинчик, с подачей а-ля Чарли Мэнсон, были просто невыносимы. Фредди, казавшийся вечно обдолбанным, кое-как бацал на фоно. Когда мы втроем отклонили новую песню Джима, “Orange County Suite”, после нескольких неудачных попыток что-то из нее вылепить, Джим обратился к Фредди. Или Фредди напоил Джима и…

Как-то ночью, после того, как свита Моррисона свалила, я спросил Пола, что же нам делать с Джимом. Он сказал, что подумает об этом до утра. На следующий день Ротшильд попросил всю группу собраться в репетиционной.

— Джим… такое ощущение, что тебе совсем не интересно участвовать в записи этого альбома. Ты что творишь? Ты уже и на рок-звезду не похож.

Джим прочесал сальные волосы пятерней и поскреб щетину на подбородке. Он ничего не сказал в ответ, и обычная тихая напряженность в комнате усилилась.

— Ладно, пойду, поработаю, — сказал Пол и направился к пульту. Джим встал и вышел в коридор. Я протянул руки к Рею и Робби в жесте отчаянья. Рей глубоко вздохнул, а Робби обреченно потряс головой.

В тот вечер мы все-таки кое что сделали, но на следующий день Джим явился в таком виде, что мы чуть не попадали в обморок. Он был чисто выбрит и пострижен — так по-дурацки, как я и вообразить себе не мог. Судя по всему, он собрал волосы в пучок на затылке, затем взял ножницы и откромсал все одним махом. То, что осталось, торчало во все стороны, кончики спадали на лицо и лезли в глаза. Он был похож на мальчика с рекламы красок «Dutch Boy Paints». Впервые я заметил намек на двойной подбородок, появившийся на этом прекрасном древнегреческом лице. О, Господи, подумал я, отращивай бороду, иначе скоро ты станешь похож и на Пиллсбери Доу Боя[45].

Запись «Waiting For The Sun» продолжалась. Мы являлись в студию после полудня, с опозданием на час-два, что уже стало нормой. Полагаю, никому не хотелось там находится, а если что и тянуло, так это то, что нам нравилось записывать музыку. Джим всегда приходил на пару часов позже всех. Однажды, около пяти вечера, он завалился в сопровождении своего нового «семейства»: Фредди, блондинчик и дама, женский вариант Чарли Мэнсона. А дальше пошли развлечения. Приятели Джима завели миссис Мэнсон в вокальную кабинку, задрали юбку и игриво предлагали всем желающим отыметь ее в зад. Смотрелось забавно, мерзко и жалко одновременно. Она была в глухом пьяном ступоре.