Тоска по дому [litres]
- Автор: Nevo Eshkol
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: Синдбад
- ISBN: 978-5-00131-425-7
- Переводчик: Виктор Радуцкий
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Тоска по дому [litres]». Краткое содержание книги:
Это книга о том, как двое молодых людей начинают совместную жизнь, обретают свой первый общий дом. О том, как в этот дом, в их жизнь проникают жизни других людей – за тонкой стеной муж с женой конфликтуют по поводу религиозного воспитания детей; соседи напротив горюют об утрате погибшего в Ливане старшего сына, перестав уделять внимание так нуждающемуся в нем младшему; со стройки чуть ниже по улице за их домом пристально наблюдает пожилой рабочий-палестинец, который хорошо помнит, что его семью когда-то из него выселили…
«Тоска по дому» – красивая, умная, трогательная история о стране, о любви, о семье и о значении родного дома в жизни человека.
– И все? Больше он о нем не вспоминал? – Я изобразила на лбу Моше вопросительный знак.
– Нет, – сказал он и продолжил: – Мама говорит, что в папу вселился демон. Поэтому он сейчас и вспомнил о Нисане.
– Демон? – Я с трудом удержалась от смеха.
– Я тоже думаю, что это глупость, – сказал Моше, – но она хочет вызвать какого-то старика, изгоняющего демонов. Он делал это в Курдистане.
– Изгоняющего демонов? – Я была поражена.
– Ты ведь знаешь мою маму, – сказал Моше, – попробуй ей возрази.
– Да, – согласилась я и разгладила Моше правую бровь. Я могла бы посмеяться над Джиной, но не хотела портить момент и сказала только: – Пусть вызывает. В худшем случае он ничем не поможет. Но и не навредит.
И Моше сказал:
– Верно, ты права, не поможет и не навредит.
Так мы и сидели несколько минут в машине, не двигаясь и ничего не предпринимая.
Раньше мы часто так делали: иногда он клал голову мне на колени, иногда я ему. Но в последние недели из-за проблемы с детским садом мы отдалились друг от друга. И вот сейчас я снова почувствовала, что он – мой, а я – его. Я позволила этому ощущению горячим шоколадом разлиться по всему телу.
– Пойдем. – Моше наконец открыл глаза. – Ноа ждет.
Я была рада, что это сказал он, а не я, и мне вдруг стало стыдно за позавчерашний сон про Амира: его рука, скользнув под платье, которого у меня нет, гладила мое бедро с внутренней стороны. «Зачем мне Амир, когда у меня есть такой плюшевый мишка», – сказала я себе и помогла Моше выпрямиться. Мы вышли из машины, тихо закрыли дверцы и вместе направились к дому; мы шли рядом, близко друг к другу, не так, как в последние недели, когда он шагал на полметра впереди меня. Пока я искала ключи от дома, он стоял, прислонившись к двери, и смотрел на меня таким нежным взглядом, словно был готов ждать так целый день или даже целую жизнь. Наконец я нащупала дно сумки, но тут Ноа открыла дверь и сказала:
– Хорошо, что вы вернулись, я уж боялась, что что-нибудь случилось.
Прежде чем я успела задать вопрос, она ответила:
– Дети в порядке, Лилах спит уже два часа, Лирон в душе.
– Пойду вытру его, – сказала я, но Ноа схватила меня за руку:
– Минутку, вы не сказали, что с Авраамом?
– С Авраамом нехорошо, – ответила я, а Моше добавил:
– Совсем нехорошо. – И он начал рассказывать ей плохие новости. Я пошла проверить, как там мой маленький принц, а когда вернулась, Ноа сказала:
– Я только что говорила Моше, что у меня есть дядя, точнее, брат моего деда, и с ним случилось то же самое, но через месяц негативные последствия наркоза исчезли и он стал таким, каким был прежде.
– Да, все мы молимся, чтобы именно так и случилось, – сказал Моше, снимая пальто.
– Вот, возьми. – Я достала из кошелька купюру в пятьдесят шекелей и протянула ее Ноа.
– Ты с ума сошла? – Она оттолкнула мою руку. – С какой стати?
– Я настаиваю, – сказала я.
А она ответила:
– Да ты что? Если уж на то пошло, это я должна тебе платить за возможность побыть с вашей прелестной девочкой. Но, если ты настаиваешь, принеси нам немного того, что ты готовишь. Когда мы включаем бойлер, из отверстия в стене идут такие запахи, что они сводят нас с ума.
– Договорились, – рассмеялась я.
А Ноа вдруг схватилась за голову:
– Ох, чуть не забыла!
– Что? – в один голос спросили мы с Моше.
– Этот араб, – ответила Ноа, – который работает у Мадмони. Он еще порвал Джине пакет. Он постучал в дверь. Интересовался, где старики, которые живут наверху, и почему их нет дома. Я спросила, какое у него к ним дело. Он сказал, что должен кое-что забрать из дома.
– Ха́лас, – сказал Моше. – Сейчас же пойду поговорю с Мадмони. Что это значит – кое-что забрать из дома? Почему? Разве это его дом?
– Он выглядел каким-то несчастным, – попыталась успокоить его Ноа. – Таким старым.
– Несчастный, несчастный, – сказал Моше и снова надел пальто. – Пусть не крутится здесь, рядом с детьми.
Амир уже знает, чем все закончится. Однажды, когда он будет искать на приемнике другую станцию и отведет взгляд от дороги, прямо перед ним появится грузовик и Амир крутанет руль. Тр-рах! И все. Все будет кончено в считанные секунды. Приемник, поймавший радиостанцию классической музыки, заиграет реквием. Завоет сирена скорой помощи. На встречной полосе сразу же образуется пробка, потому что водители будут тормозить, чтобы поглазеть на аварию.
Амир уже несколько раз успевал в последнюю минуту избежать подобного сценария. Вывернуть руль вправо. Или влево. Проскочить на волосок от гибели. Но он знает, что это не имеет значения. Он может строго соблюдать правила безопасности и не превышать скорость – в конце концов это все равно произойдет. Воображение уже рисует ему заголовок в газете: «Водитель, которому надоело слушать станцию «Галей Цахал», скончался». Или: «Музыкальная смерть» (если редактор предпочитает более лаконичные заголовки). Бороться с этим бессмысленно. Тем более – протестовать. Даже если его отправят проходить резервистскую службу в Секторе Газа или выяснится, что он неизлечимо болен, это ничего не изменит. Он все равно погибнет из-за музыки.