Легенда старого Чеколтана
- Автор: Божаткин Михаил Иванович
- Год: 1965
- Язык: русский
- Год: Радянський письменник
- Жанр: Другие приключения
Электронная книга - «Легенда старого Чеколтана». Краткое содержание книги:
События, послужившие сюжетом для повести, развивались в послевоенные годы. Лейтенант-минер Шорохов раскрывает секрет ловушки-ликвидатора, от которой погиб его товарищ Бондарук, обезвреживает донную магнитно-акустическую мину. Очищая бухту Караташ, минеры и водолазы находят в конце концов и таинственную штольню, в которой немцы организовали подземную лабораторию «Зет».
Герой другой повести М. Божаткина Николай Булатников, приехавший в глухой хакасский улус, решил проверить достоверность древней легенды. О приключениях Булатникова и старого таежника Африкана Налымова и рассказывается в повести «Легенда старого Чеколтана».
Не заметить такое! Опять же, с чего бы это он мне письмо прислал? Как он адрес узнал?
Что ж, поздравляю, уважаемая Зоя Васильевна, будущая Редкозубова. Желаю счастья, полдюжины сыновей, ну и, для симметрии, столько же дочерей. Что еще в таких случаях желают?
Да, может быть, ты его перетянешь на свою фамилию? А то захиреет род Булатниковых. Мне будет приятно иметь полдюжины Булатниковых-племяшей и полдюжины Булатниковых-племянниц. Впрочем, фамилии у племянниц — дело временное: поменяют.
Еще раз поздравляю. И, сказать по совести, завидую. Хорошо у вас, черт возьми, получилось!
Поздравляю с получением диплома с отличием. Молодец, сестренка, обогнала старшего брата. Так держать!
Лена, значит, сказала, что поговорка: «С милым рай и в шалаше» — не для нее и что всей романтике нехоженых троп она предпочитает хорошую московскую квартиру?
Сейчас я уже спокойнее все это воспринимаю. Вот еще раз перечитал письмо. Неужели все ее хорошее отношение ко мне только зависело от того, останусь я в аспирантуре или нет? Выходит так…
Тогда… тогда я совершенно растерялся. Сгоряча написал тебе то нескладное письмо, затем захотелось побыть одному со своей тоской. Ушел в степь, подальше от людей. Бродил по ковылям, затем лег. Вспомнил все: и нашу с тобой нелегкую жизнь, и такую же нелегкую учебу. Встречи с Леной. Особенно первую, после студенческого вечера. Сначала нас шло много. Постепенно кампания уменьшалась. Вот осталось только четверо, потом одни мы — двое. Падает снег. Кругом все бело. Снег притушил свет уличных фонарей. Тихо. Казалось, никого не осталось в мире — только я и она. И еще снег. Падает на ее плечи, шапочку, оседает на бровях, ресницах. Вот на щеку упала снежинка, растаяла. Осталось влажное пятнышко.
Мы тогда о чем-то говорили, правда, я потом никак не мог вспомнить — о чем. Только одно помню — мне очень хотелось поцеловать влажное пятнышко от растаявшей снежинки на щеке. Не выдержал, поцеловал. Отшатнулась, взглянула удивленно и испуганно, потом уткнулась лицом в заснеженные отвороты моего пальто. Так мы и стояли. Долго-долго. И время как будто остановилось.
Вот и сейчас — закрою глаза и вижу медленно падающий лапчатый снег, снежинки на ее бровях, на ресницах, влажное пятнышко на щеке…
Знаешь, мне кажется, она меня принимала не за того, кто я есть. Виной этому моя нашумевшая курсовая работа, которую потом напечатали в журнале. Да еще докладчик — додумался на том вечере назвать меня будущим светилом науки, и ей привиделся над моей бедной головой нимб ученого.
Э, да к чему вспоминать… Скажу только, что так называемой ревности к ее сорокадвухлетнему доценту я совсем не чувствую. Странно. Может быть, я ее уже не люблю? Ведь сказал же кто-то: ревность — тень любви; а ведь чем ярче свет, тем резче тени. Нет, не то. По-прежнему, как только вспомню о Лене — становится нечем дышать. Тогда я стараюсь остаться один, сторонюсь всех. Впрочем, это не помогает — ведь от себя никуда не уйдешь…
А хотелось бы. Но, как писал Сергей Чекмарев:
Недавно Алеша привез мне из райцентра подарок — приемник. Батарейный. Я давно хотел его купить, да почему-то сюда привозят только сетевые. А зачем они, если до сплошной электрификации у нас еще далеченько?
Включил, и — надо же! — «Элегия» Масснэ. Грустная, ласковая музыка льется из приемника, окутывает душу. Я слушаю и смотрю через открытое окно, как постепенно мрак заполняет долину, горы темнеют и только далекая вершина горы Тасхыл все еще розовая — солнечные лучи никак не могут распроститься с ней.
Но вот и Тасхыл померк. Впрочем, ненадолго. Завтра его вершина опять вспыхнет раньше других…
На этом кончаю. Пришел Алеша. Сегодня мы с ним посидим до полуночи — несколько дней пропустили, не занимались, нужно наверстывать.
Николай».
«Опять я тебя бомбардирую письмами, хотя знаю, что тебе сейчас не до них. Написал твоему суженому, да он что-то не отвечает.
Я ему посоветовал заняться изучением языков южно-сибирских народов и по проникновению в них иноязычных слов попытаться разобраться в передвижении племен, в их культурных и экономических связях. Интереснейшая работа! Если бы мне языки так же лезли в голову, как ему, я бы сам этим занялся.