Легенда старого Чеколтана
- Автор: Божаткин Михаил Иванович
- Год: 1965
- Язык: русский
- Год: Радянський письменник
- Жанр: Другие приключения
Электронная книга - «Легенда старого Чеколтана». Краткое содержание книги:
События, послужившие сюжетом для повести, развивались в послевоенные годы. Лейтенант-минер Шорохов раскрывает секрет ловушки-ликвидатора, от которой погиб его товарищ Бондарук, обезвреживает донную магнитно-акустическую мину. Очищая бухту Караташ, минеры и водолазы находят в конце концов и таинственную штольню, в которой немцы организовали подземную лабораторию «Зет».
Герой другой повести М. Божаткина Николай Булатников, приехавший в глухой хакасский улус, решил проверить достоверность древней легенды. О приключениях Булатникова и старого таежника Африкана Налымова и рассказывается в повести «Легенда старого Чеколтана».
— Ветерком пробрало? Ко мне хочешь? — отозвался Алеша.
— Нет, — говорю, — останови минут на пять!
— Пять минут стоять — пять километров терять, — сказал Алеша, но мотор заглушил.
Когда машина идет, только шум ветра в ушах да рокот мотора слышны, а остановилась — прямо-таки навалились на нас звуки. Жаворонок поет, словно это сам воздух звенит, цикада из-под ног выскочила, расправила ярко-оранжевые крылья и заверещала на всю степь. Потом упала в траву, и нет ее. Тут еще ветер шелестит в высоких травах, шевелит белесые нити ковыля. И кажется, плывет куда-то вся степь.
— Смотри, красота какая! — говорю Алеше.
Он к этой красоте привык.
— Да, земля хорошая, — соглашается. — Пахать надо. Там, — он ткнул пальцем на запад, — пашут. И у нас надо.
— Я не о том, — говорю. — Ты, чудак, посмотри, какая природа! Воздух, горы, небо!
Небо здесь особенное. Помнишь, мы смотрели картины Верещагина, и ты тогда сказала, что такого неба не бывает. Так вот, оно здесь точно такое, синее-синее, ослепительно яркое, даже глазам больно.
Алеша только и ответил:
— Небо? Чистое небо. Однако дождя надо. Дождь скоро не будет. Орел высоко летает. Вон где! — показывает пальцем.
Как я ни напрягал зрение, глядя по направлению Алешиной руки, ничего, кроме слепящей синевы неба, не увидел.
Я уже хотел было снова в кузов лезть, вдруг откуда-то негромкое позванивание струн донеслось и — песня. Мелодия плавная, немного грустная.
— Что это? — спрашиваю.
— Чеколтан поет.
— Пойдем послушаем!
— Ехать нужно, — ухватил Алеша меня за рукав. — Двух ушей мало, чтобы Чеколтана слушать. Чеколтан овец пасет — песни поет, домой идет — песни поет, дома сидит — песни поет. Всегда поет. Ему рот завяжи — все равно петь станет. Садись в машину, другой раз слушать будешь.
Пересекли мы долину. В самом низу ее — небольшое озерцо и рощица. Березы. Честное слово, березы. Настоящие, такие же, как у нас в Подмосковье. А кругом степь, нетронутая ковыльная степь. Алеша говорит, надо целину распахать. Он прав. Колхоз небольшой, хлеба сеют мало. Разводят, в основном, овец. Сколько земли гуляет! Правда, почвы здесь, как я успел заметить, щебенистые, но есть и чернозем.
На перевале снова постучал по кабине.
— Опять небо смотреть будешь? — спрашивает Алеша.
— Нет, — говорю, — только назад оглянусь.
— Одна минута стоять будем, мотор не глушу…
Перевал невысок, но с него так далеко видно — дух захватывает. Правее, за долиной — горы. Чем дальше, тем выше. Лесом одеты, но кое-где из лесной чащи каменные пики вздымаются — темные, грозные. И уже далеко-далеко, на самом краю земли и неба видны покрытые вечными снегами вершины — белки́, как их здесь называют.
Левее горы пониже. Светлые, безлесные. Они постепенно переходят в холмы, а те — в ровную степь. В степи то здесь, то там стоят курганы — могилы с каменными бабами на вершинах — я видел их, когда осенью сюда ехал. Хорошо бы покопаться в этих курганах.
Интересно, что долина, в которой наш улус стоит — он едва-едва виден с перевала, — окружена почти правильным кольцом гор. Что это — размытый гигантский кратер древнего вулкана? Или провал? Не знаю. В геологии я не силен.
Чу, Алеша зовет:
— Такой минута будет — в сто лет день не уберешь.
Верно. Задерживаю машину. Надо ехать. (Чтобы не забыть — ты пришли мне, пожалуйста, какую-нибудь популярную книжку по геологии. Если не найдешь, то учебник для вуза).
Помчалась машина с перевала вниз, в степь. В одном месте мы мимо могильного кургана проехали. Хотел постучать по кабине, но передумал: опять Алеша сердиться будет — опаздываем.
Да, Зоя, скажи маме, пусть не беспокоится: в июне я домой не приеду. Алеша хочет поступить в институт механизации сельского хозяйства, и я взялся его готовить. К сожалению, школьные знания порядком забылись. Не поленись, вышли учебники за девятый и десятый классы, они у нас, кажется, сохранились. Только посылай авиа. Найди также физику и химию для вузов. Вообще-то здесь нужно вечернюю школу открывать. Напишу об этом в районо.
Лена что-то не пишет. Послал два письма, в ответ — ни строчки. Понимаю: экзамены. Увидишь — передай привет. Целую маму. И тебя.
Ваш Николай».
«Здравствуй, сестренка!
Итак, на днях тебе исполняется двадцать два. Поздравляю, поздравляю, дорогая.
Ты права, пусть мама съездит в санаторий. Подлечиться, отдохнуть ей нужно. Сколько она, бедная, пережила! После гибели отца мы несмышленышами остались, да еще больная бабушка, и все на ее плечи. Деньги я завтра вышлю вместе с этим письмом.