Когда Черт в твоем Омуте — Дешевка (СИ)
- Автор: Grafonorojdennuy
- Язык: русский
- Жанр: Слэш
Электронная книга - «Когда Черт в твоем Омуте — Дешевка (СИ)». Краткое содержание книги:
Он не знал, как на это реагировать. С одной стороны, Томми был всегда занят, и его внимательный глаз пропускал некоторые «ненужные» детали — это плюс. С другой стороны, его мальчик настойчиво отвлекал его от расследования, не делясь даже крупицами информации, — это минус. Мужчина не знал, что предпочтительнее потерять — душевный покой или волнующие его знания, и долго из-за этого мучился… Пока не случилось то, что рано или поздно должно было случиться.
Томми заметил, что с ним что-то происходит. Через неделю после выписки, в воскресенье, за совместным завтраком его мальчишка, закончив увлекательный рассказ об очередной мелкой афере его любимого папаши, тихонько спросил: «Аллег, что-то не так?» И все. Этот вопрос приклеился к его губам намертво — он повторял его порой несколько раз на дню. Аллега это сначала смущало, потом раздражало, а после и пугало. Он не хотел, чтобы Томми узнал… обо всем. А в первую очередь — о том проклятом разговоре в участке. Мужчина знал, что Томми общается с братом — его мальчик похвастался как-то на днях, что таки помирился с ним — но Джек, судя по всему, ещё не выдал его, за что Аллег был ему искренне благодарен. Однако ничего не длится вечно — даже самый продуманный обман. Аллег понимал, что рано или поздно выдаст себя.
И боялся этого мига до ужаса.
Его выдал сон. Ну, конечно. Что же ещё могло?.. Он проснулся, задыхаясь и обливаясь потом в темноте. Как всегда, выбросил руку вперед, ожидая наткнуться на живое тепло… но наткнулся только на холодную ткань покрывала. Сердце пропустило удар. Он попытался встать, но его словно придавило что-то тяжелое, что-то живое, что-то… Аллег молниеносно скользнул ладонью к этому «чему-то» — и его пальцы тут же зарылись во что-то густое, мягкое, нежное. «Нечто» извернулось дугой и тихонько мурлыкнуло.
Аллег выдохнул и увереннее погладил хорошо расчесанную шерсть. Минни лежала у него на груди, почти над сердцем, согревая своим теплом. Вторая половина кровати пустовала. Одеяло было собрано, подушка не примята. В коридоре было темно. Вокруг было тихо.
— Томми, — прошептал Аллег и прочистил горло. — Томми!
Тишина. Холод неприятно пощекотал под подбородком. Тишина.
— Томми!
Копошение. Торопливые шаги. Аллег привстал на кровати, прижимая Минни к себе. Кошечка охотно устроилась у него на руках, тихо мурлыча. Шаги. Быстрые, приближающиеся. Свет в коридоре и…
Томми выскочил из темноты, как черт из табакерки. Волосы взъерошены, кожа приобрела восковой оттенок, и под глазами залегли круги. Морщинки около губ обозначились резче.
Серо-зеленые глаза впились в него с волнением и страхом.
— Ты не спишь, — вырвалось у Аллега против воли.
— Да. Как и ты, — отозвался Томми.
Пауза. Они замерли, глядя друг на друга. Тишина стала почти осязаемой.
— Аллег, — тихо, осторожно произнес Томми, ступая в комнату, — что-то не так?
Аллег сглотнул. Минни, повозившись, уткнулась мордочкой в его грудь и притихла. Томми, мягкой поступью подойдя к кровати, сел на нее со стороны Аллега и коснулся его ног. Погладил сквозь одеяло. Вновь заглянул ему в глаза.
— Не молчи. Пожалуйста, — попросил Томми совсем другим тоном — у Аллега от него перехватило дыхание. — Я же вижу, тебе плохо. Ты не спишь уже неделю.
— Ты… — заморгал Аллег. — Откуда ты?..
Томми неловко поджал губы, потупившись. Снова тишина, снова та же самая. Подозрение заползло в голову, как юркая склизкая змейка.
— Ты тоже не спишь, — сказал мужчина — это был не вопрос. — Уже… Сколько?
— Меньше, чем ты, — криво усмехнулся Томми. — Я работаю. Много. Порой, не успеваю днем. А порой… Просто ночью думается лучше.
— Ты работаешь над делом. — Снова утверждение. — Зачем? Я думал, оно закрыто.
— Думать это не твое, — слабо улыбнулся Томми, погладив его колени, чтобы смягчить подколку. — Не волнуйся, ты скоро все узнаешь. Может, уже этим утром. Я все тебе расскажу. Ты… — Парень бросил на него внимательный взгляд. — Ты сможешь уснуть? Или мне лечь с тобой?
Аллег прикрыл глаза. Дрожь ушла, боль во всем теле тоже. У него был великий соблазн попросить Томми… утешить его. Заставить забыться хоть немного. Но он понимал, что это тщетно — в последнее время к его желанию постоянно примешивалось стойкое отвращение к самому себе. В голове всплывала та самая ночь и… У Аллега дернулась верхняя губа. Его затошнило.
— Аллег. Ал, — Томми тронул его руку, — это все он, да? Ты все ещё переживаешь тот вечер?
Аллег сардонически усмехнулся. Ну да. Тот вечер. К горькой иронии нежданно примешался подспудный страх. Страх признания. И жажда — голодная жажда поделиться. Открыться, излить душу, разделить боль на двоих. Болезненный коктейль из отчаяния, алчности и ужаса бурлил внутри, сотрясая тело мелкой дрожью. Аллег чувствовал, что у него задрожали руки.
— Я могу вызвать доктора, — произнес его мальчик, силясь заглянуть ему в глаза. — Или мы можем сходить к Эмилю. Он подскажет специалиста.
Минни извернулась в его руках и, проснувшись, ушла на другую половину кровати. Аллег остался без ее тепла — без ее защиты.
— Я, правда, не совсем понимаю, — произнес Томми, подсаживаясь ближе. — Почему так поздно появились симптомы? Два месяца прошло. Наверное, особенность мозга какая-нибудь. Надо спросить у доктора, а то возможно…
— Я был у Феликса, — брякнул Аллег. Вот так, без предисловий, без подготовки. — У Сент-Джона. Я поговорил с ним. Недавно.
Тишина. Не такая, как прежде. Ледяная, густая, полная… чем только не полная тишина. Томми уставился на него. Его глаза стали большими, как блюдца. И загорелись, загорелись живым зеленым пламенем. Рот дрогнул. Аллег вжался в подушки — ему был очень хорошо знаком такой взгляд.
— Зачем? — тихо проговорил его мальчик. И тут же сдавленно воскликнул: — ЗАЧЕМ?! Зачем ты к нему пошел? Зачем ты с ним?.. Срань Господня!
— Я хотел узнать… — начал было Аллег, но Томми решительно его перебил.
— Что? Что ты хотел узнать? — всплеснул он руками. — Что он маньяк-психопат? Что он от тебя с ума сходит? Ну и как?! Узнал?! Полегчало?! Неужели ты не понимаешь, как это было опасно! Еб твою… — Томми тряхнул головой и продолжил с настойчивой твердостью: — Что он тебе говорил? Рассказывай. Подробно. Все до мельчайших деталей. Это… Черт бы тебя дери, Аллег! — Он снова всплеснул руками, ударив себя по бедрам. — На кой хер ты?!..
— Чтобы почувствовать, что я хоть чего-нибудь стою! — в отчаянии вскричал Аллег так, что Томми отпрянул. — Вы ничего мне не рассказываете! Я вечно один и вечно ничего не знаю! Да Господи! Откуда мне это узнать?! В газетах — одна желтушная срань! С кем мне быть?! На работе — постоянное презрение, дома — полнейшая тишина, любовник — то в больнице, то весь в делах, у него времени на меня нет! Что мне делать, а?! Вот что?!
Он умолк на мгновение, чтобы перевести дыхание. К щекам прилила кровь. Грудь горела. Томми хлопал ресницами, не спуская с него изумленного взгляда.
— Что значит, презрение? — непонимающе выпалил он.
— Я хочу быть полезным, — горько прохрипел Аллег, словно не услышав. — Да черт с этим! Хотя бы не раздражающим своей… недалекостью! Я же ничего вообще не делаю — только отвечаю на ваши чертовы вопросы и жду ваших чертовых решений. — Мужчина поднял на Томми больные глаза. — Я для тебя хуже балласта — тот хоть как-то помогает иногда, а я…
— Аллег, — Томми потянулся к нему, но мужчина отвернул голову, — глупый ты мой старичок. Ну все, прости, прости меня, я… я…