Электронная книга - «Конец партии: Воспламенение (СИ)». Краткое содержание книги:
Парень, пришедший вместе с Огюстеном, вышел из-за его спины и сделал шаг вперед. При одном взгляде на его молодое, живое лицо мне показалось, что я где-то уже видела его - тонкая линия рта, прямой орлиный нос, пронзительные поблескивающие глаза казались мне сошедшими с какой-то хорошо знакомой мне картины. Но мысль ускользала от меня, будто я пыталась ухватить ее намыленными руками, и я не могла понять, кого же узнаю в этом парне, если он сейчас возьмет в руки знамя, поднимет его в воздух и обернется, призывая всех следовать за собой.
- Мой друг Наполеоне Буонапарте, - сказал Огюстен, и я ощутила, что приросла к стулу. Повисла неловкая тишина.
- Наполеоне? - недоверчиво переспросил Робеспьер, прищуриваясь.
- Наполеоне? - прогудел Дантон.
- Наполеон?! - взвизгнула я, подскочила со стула и подлетела к вошедшим. Огюстен со слабой улыбкой развел руки в стороны, раскрывая мне объятия, но я только отпихнула его в сторону, чтобы оказаться лицом к лицу с его спутником. Странно, впервые я поняла, что не задумывалась раньше, что могу встретить этого человека, про которого столько слышала с самого детства, чей портрет стоит у Андрея на десктопе мобильного… да, конечно, это и есть та самая картина! “Наполеон на Аркольском мосту”, так она называется, я вспомнила.
- Меня так зовут, - сказал он, напряженно вглядываясь в мое лицо. - Вы знаете меня?
- Я? Ну конечно же, я вас… - я замолчала, вспомнив, что сейчас передо мной стоит не правитель Европы, а никому не известный военный, и попыталась хоть как-то привести свои мысли в порядок, - то есть, мне рассказывали… то есть… вы…
Он неожиданно благодушно улыбнулся, и я ощутила, что внутри у меня все замирает.
- Я очень рад познакомиться с вами.
- И я, - пролепетала я, не справляясь с восторгом, - я тоже очень-очень рада.
Улыбка его стала шире, и он взял меня за руку, осторожно поднес ее к губам. Я почувствовала, что сейчас сгорю на месте, но сделать этого мне не дал Огюстен, ненавязчиво, но упрямо оттащивший меня в сторону.
- Извини, что задержались, - произнес он, почти что заставляя меня глядеть на него, - мне просто надо было подумать…
- Конечно, я понимаю, - я выпорхнула из его рук и снова приблизилась к Наполеону, протянула ему руку. - Пойдемте, что вы стоите?
С готовностью он проследовал за мной, заняв свободное место за столом. Для Огюстена притащили еще один стул, и ужин продолжился, еще более оживленный, чем до этого. Не без чувства внутреннего удовлетворения я отмечала, что большинство взглядов приковано к нежданному гостю, но он словно бы не замечал их - беззастенчиво объедал все, что попадалось ему на глаза, начиная со свиных ребрышек и заканчивая фруктами, поданными в качестве десерта. Никто не говорил с ним, но он будто не замечал этого, то и дело вставлял свои замечания в текущую над столом беседу, сам же смеялся собственным шуткам и, как можно было судить по его виду, ощущал себя полностью в своей тарелке.
- Давно вы познакомились с Огюстеном? - я приблизилась к нему, когда со сладким было покончено. Он посмотрел на меня с непониманием, проглотил кусок яблока, почти не жуя, и ответил:
- Пару часов назад.
- Так мало? - удивилась я. - Я думала, вы давние друзья…
- Нет, нет, - он качнул головой и еще раз куснул яблоко, - просто случайные знакомые. Но он славный парень. Позвал меня сюда…
- Как мило с его стороны, - пробормотала я, пытаясь придумать, о чем с ним можно поговорить. Он улыбнулся мне еще раз, как будто тоже пытался, и нацелился на виноградную кисть. Почти впадая в отчаяние от того, что не могу наладить контакт, я брякнула первое, что мне в голову пришло:
- Может, пойдем танцевать?
Я услышала, как он с хрустом раскусил попавшую на зуб косточку. Его лицо исказилось - он хотел поморщиться, но не стал, решив, наверное, что я приму это на свой счет.
- Когда заиграет музыка, - его улыбка была очаровательна, - обязательно.
- Договорились, - радостно подтвердила я и огляделась. Все, за исключением Наполеона, уже поднялись из-за стола и разбрелись вдоль стен, вступив в оживленную беседу, Люсиль села за клавесин и демонстративно разминала пальцы, готовясь начать играть. Вся в предвкушении танца, который мне только что пообещал будущий император французов, я вернулась к своему месту, чтобы забрать бокал, и в этот момент меня перехватил Огюстен.
- Натали, - наверное, он успел выпить больше меня, только этим я могла объяснить, что рука его обвила меня за талию, - ты станцуешь со мной?
- С удовольствием, Бонбон, - я ловко вывернулась и умудрилась выцепить не только бокал, но и почти полную бутылку шампанского, - но меня уже пригласил твой друг.
- О… - у него был такой вид, будто я с силой ударила его под дых. - Мой… да, понятно.
- Но потом я обязательно составлю тебе компанию, - заулыбалась я, решив его не обижать. Но для него это не стало достаточным аргументом - лицо его не разгладилось, а из взгляда не ушла непонятная грусть.
- Хорошо…
Он отошел в сторону, и в этот момент Люсиль начала играть. Музыка разнеслась по комнате, и я внезапно почти с ужасом осознала, что понятия не имею, как под нее танцевать. Ведь у них здесь, конечно, танцы какие-то свои, там надо отсчитывать такты и отмерять движения, а я не умею делать ни того, ни другого. Но я даже растеряться не успела - ко мне вразвалку приближался, бросая на стол салфетку, которой только что утирал губы, Наполеон.
- Пойдем, - просто сказал он, и я, преодолевая внутреннюю дрожь, вложила свою ладонь в его.
- Я плохо танцую, - сочла за лучшее предупредить я, пока он вытаскивал меня в центр комнаты. На нас меж тем смотрели все - ни одна из двух других пар, выбравшихся на импровизированный танцпол, не заслужила подобного внимания со стороны собравшихся. Люсиль, бросив на нас взгляд через плечо, захихикала, и я ощутила непреодолимое жгучее желание сбежать из этого дома через окно. Реализовать его мне не дал Наполеон, принявший какую-то замысловатую возу и посмотрев на меня словно бы в ожидании чего-то. Не представляя, что мне надо делать, я изобразила поклон.
- Да не волнуйся, - беспечным тоном заявил Наполоеон, - просто делай, как я.
Все это могло бы напомнить сказку, если бы не вышло так неуклюже. С тем, чтобы поворачиваться во все стороны и отмерять шаги, стараясь попасть в ритм, я справлялась неплохо, но когда дело дошло до подпрыгиваний, меня начал разбирать смех. Меж тем моего партнера все окружающее волновало мало, и он, несмотря на свою тщедушность, раз за разом пытался проломить в доме Дантона пол. Огюстен и Антуан с одинаково кислыми лицами наблюдали за ним. Делая очередное па, я расслышала шипение Сен-Жюста:
- Откуда ты его выкопал?
Огюстен начал вяло оправдываться, но его я уже не услышала - меня схватили за руку и увлекли в центр комнаты.
- Тебе, погляжу, известно мое имя, - Наполеон, наверное, счел наше молчание слишком скучным и решил завязать беседу. Я стушевалась, не зная, как объяснить свою реакцию на его появление.
- Ну… До меня доходили новости…
- Какие, например?
- О твоих подвигах под Тулоном, - брякнула я, молясь про себя, чтобы не ошибиться с датой. Но удача в тот день явно была не на моей стороне - Наполеон даже сбился, совершая очередной прыжок, и пол под моими ногами заходил ходуном.
- Под Тулоном? Я никогда не был под Тулоном.
- Действительно? - я ощутила, что вязну все глубже и глубже в какой-то трясине, и, что самое худшее, не видела ни единой возможности выбраться из нее. - Тогда… наверное… я ошиблась…
Его мои слова не убедили. Он посмотрел на меня так, будто по моему лицу старался прочитать, о чем я думаю, и так увлекся, что не заметил, что в опасной близости от него стоит Робеспьер, как раз в этот момент подносящий ко рту наполненный бокал.
- Упс!
Максимилиан не выронил бокал только чудом, но его чудное жабо это не спасло - секунду назад сверкавшее белизной не хуже свежего снега, теперь оно украсилось множеством потеков, придавших ему приятный розоватый оттенок. Я сдавленно ахнула, стараясь не рассмеяться, что было очень сложно сделать, глядя, какое выражение приобрело лицо Робеспьера, когда он понял, что облился. Наполеон тут же кинулся к столу, схватил первую попавшуюся салфетку и принялся шумно извиняться, причем речь его слилась во что-то маловразумительное: