Битва за Лукоморье. Книга II [сборник litres]

– Душное, – согласился его побратим Михайло Бузун.

– И народишко косится, будто на врагов, – Яромир Баламут и сам разглядывал гуляк за соседними столами дерзко, оценивающе. Не иначе, уже прикидывал, какими противниками они будут в драке.

– Радуйтесь, что в тепле да в сухости, – отрубил Василий Казимирович. – И вином изнутри погреемся, и поесть, глядишь, чего хорошего дадут.

– Жди, – усмехнулся Богдан.

Прав оказался как раз он. Еду и вино хозяин таскал русичам сам, и ушло у него на это несколько ходок: то ли верзила зачем-то скрывал, сколько у него работников, то ли тут и вправду не хватало слуг. Разносолами в «Шести головах» посетителей не баловали. Подал хозяин жидкие щи с плававшими в них лохмотьями перепревшей капусты, комковатую ячневую кашу и холодную вареную баранину, которую едва брал нож. Михайло угрюмо буркнул: «Видать, баран этот от старости помер: не мясо, а одни жилы да кости». Вино в кувшинах тоже было кислым и разбавленным.

Скрипнула дверь, пропустив Волибора Громобоя и смуглолицего горбоносого Зорана Лановича. За ними виднелся Стоум с Сомиком и Васькой.

– Конюх так и не пришел, – сообщил Зоран, присаживаясь к столу. – Лошадей мы сами обиходили. Ребята телегу от грязи почистили, можно хоть сейчас в дорогу.

– А Федька где? – поинтересовался у Стоума Василий.

– На улице оставили, пущай сторожит, – мастер уселся с кряхтением на лавку и придвинул к себе миску со щами. – Урок парню будет, как мне перечить. Да и места тут дурные какие-то, следить за добром надобно.

– Смените его попозже, – велел Добрыня. – Не хватало еще, чтоб простыл под дождем.

– Не снег, не растает, – кивнув, усмехнулся мастер. – Молодых послушанию учить надо.

Вопреки надеждам Василия, из всего того, что им подали, неплох оказался разве что свежий, еще теплый ржаной хлеб. Хотя и за ним стряпуха не уследила, зазевалась, и поджаристые караваи кое-где подгорели. Но волчий дорожный голод богатыри худо-бедно утолили.

Пока русичи трапезничали, несколько местных расплатились и ушли. Остальные по-прежнему сидели за столами, косились на чужаков да шептались о чем-то. «Ничего, пока не дергаются – пусть себе шепчутся, – подумал Добрыня. – Ежели что, пожалеют, что заезжих богатырей задели».

Словно в ответ на его мысли, за соседними столами раздался громкий хохот. Молчан Данилович обернулся посмотреть, кому там так весело.

– Над нами, что ли? – оживился Яромир.

– Да пусть их, – отмахнулся Волибор. – Собаки лают – ветер носит.

И тут смех резко оборвался – в трактир ввалились стражники.

Беглого взгляда было достаточно, чтобы опознать в них чернобронников, людей самого царя Гопона. Их было с десяток. Все – при оружии, в темно-синих, намокших на дожде туниках с белыми гербами на груди, вороненых шлемах, украшенных черными конскими хвостами на темени, в кольчугах с наплечниками. На поясах нежданных гостей висели кривые сабли и кинжалы, в руках они держали небольшие круглые щиты.