Битва за Лукоморье. Книга II [сборник litres]

– Всё верно Молчан говорит, – подтвердил воевода. На чистую правду и отвечать надобно честно и прямо, не прячась за недомолвки. – Волколаков чудо-доспехами Змей Горыныч снабжает. Развел в Сорочинских горах торговлю: броню и оружие нечисти продает. Мастера у него все из Иномирья – у них свои тайны.

Стоум, склонив голову, мелко кивал. Он-то знал, что к чему, а вот все другие, даже его собственные подмастерья, слушали воеводу, боясь пропустить хоть слово.

– Так получилось, что я по молодости Змею жизнь подпортил, – продолжал Добрыня, поправляя толстые пластинчатые перчатки. – Долгая там история, да не суть. Дело кончилось тем, что гад без крыльев остался. И без полона. У Горыныча был один мастер – он вместе с освобожденными пленниками на Русь сбежал. А как предстал пред очи Великого Князя, Владимир Ярославич решил его на службу взять – пусть, мол, на благо Руси трудится, а не на Змея поганого. Тот и согласился.

Стоум, стоявший на стремянке, вдруг потянулся к левому наплечнику Добрыни – и потер ветошью и без того сияющую сталь.

– Глядите, – указал он на едва заметное клеймо на броне. – Знаете, что это? Знак Змёды! Доспех для воеводы он самолично справил.

– Сам Главный?! – ахнул конопатый Васька, один из помощников Стоума.

Имя Великого мастера вызвало у подмастерьев благоговейный трепет, но богатыри с недоумением переглянулись: им-то оно ничего не говорило.

– Змёда, да – так его и звать, – пояснил Добрыня. – А другой наш мастер, Алексей Михайлович, который вместе со Змёдой в полоне томился, первым к нему пошел в ученики. Он-то и придумал наших витязей в чудо-доспехи обрядить, чтобы не гибли русичи в боях с волколаками и прочей сильной нечистью – и на равных с таким врагом сражаться могли. Князь Владимир этим замыслом сразу загорелся. По его приказу для мастеров в Железных горах тайный городок построили, теперь со всей Славии к Змёде и Алексею учеников отправляют. Наш-то Стоум в первой пятерке был.

Седоватый сухонький мастер засмущался было, но тут же гордо вскинул голову.

– Железные мастера Великому Князю и Змёде многим обязаны, – твердо сказал он. – А со временем дойдем и до того, что ни одна вражина броню русича пробить не сможет. Доспехи мы уже лучше делаем, у волколаков такие только средь вожаков встретить можно. А мы – каждому дадим, как Великий Князь Владимир повелел! И богатырю, и даже, придет время, простому ратнику!

На это Молчан уже ничего не возразил, да и возразить тут было нечего. А Добрыне вдруг подумалось, что облачись он в чудо-доспех в Рабаткино, волколака голыми руками бы порвал, ни кинжал, выкованный из сплава железа с серебром, ни помощь Василия не понадобились бы. Воспоминания о гнилой деревне испортили воеводе настроение, и он снова посмурнел.

Перед тем как напоивший у ручья коней отряд принялся увязывать вьюки и сворачивать стоянку, воевода отозвал мастера в сторону и задал вопрос, мучивший его давно: