Электронная книга - «Итан и Джоэл Коэны: Интервью: Братья по крови / Сост. Пол Э. Вудс». Краткое содержание книги:
Больше того, стилизованная игра комедиантов тридцатых и сороковых происходит вокруг романтических главных ролей. Красота молодого Гэри Купера очеловечивается, когда его лучший друг — мрачный циник вроде Уолтера Бреннана. Даже в фильмах Стерджеса часто есть традиционный главный исполнитель, вокруг которого и с которым все происходит, — Джоэл Маккри в «Путешествиях Салливана», Генри Фонда в «Леди Еве». Даже в «Чуде в Морган-Крик» достославная деградация персонажа Эдди Брэкена вызывает у нас симпатию к нему — мы никогда не воспринимаем его, как Норвилла Барнса, каким-то эксцентричным книжником.
Отчасти причиной тому игра Роббинса, хотя мне не кажется, что самого Роббинса есть в чем винить, — кажется, самыми лучшими исполнителями в фильмах Коэнов часто оказываются те, кто отходит от жестких концепций самих братьев (например, Гудман в «Бартоне Финке»), и роббинсовское «хлопотание лицом», вероятно, напрашивалось. Нельзя винить актера, если его участие было ошибкой с самого начала. Герой предполагается симпатичным парнишкой, а приглашать Тима Роббинса на роль симпатичного или парнишки все равно что приглашать Рипа Торна на роль Ганди. Он возвышается надо всем остальным, и при всех прекрасных качествах Роббинса как актера, симпатичность не входит в их число. Сыграй он эту роль на раннем этапе карьеры, примерно в то время, когда снимался в «Эрике-викинге» или «Дарэмском быке», она могла бы сойти ему с рук, но, хотя Олтмен, возможно, дал ему две лучшие его роли — в «Игроке» и «Коротких историях», — он также обнаружил, что величайший талант Роббинса — влезать в шкуры людей-рептилий, к которым лучше всего подходит определение «хладнокровные ублюдки».
Капра не был невинным автором, но он был наивен, и нет ни одного свидетельства, что он когда-либо сомневался в той странной американской мечте, которую изображают его фильмы, или что его сколько-нибудь волновал мрачный подтекст его работы: то, как «простые люди» подвергаются манипуляции со стороны капиталистических СМИ или как их сносит волна уличных беспорядков и истерии по малейшему поводу; то, что его блестящие герои — поглощенные собой индивидуалисты, невосприимчивые к компромиссам, как и любой герой Айн Рэнд — например, архитектор-сверхиндивидуалист в «Источнике». Кажется только уместным, что Гэри Купер, игравший мелкотравчатых героев Капры, мистера Дидса и Джона Доу, позднее исполнил роль высокомерного монументалиста в экранизации Кингом Видором романа Рэнд.
Мы живем в эпоху, настолько осведомленную о манипуляциях СМИ и эффекте кино, что сегодня трудно сделать фильм без ярко выраженной иронии по поводу собственных приемов. Неокаприанские фильмы вроде «Героя» Стивена Фрирза или «Дейва» Ливана Рейтмана не могут убедить нас в реальности своих миров, поскольку авторы сами утратили способность верить в них. Зачем бы еще «Герой» так отчаянно и так безрезультатно пытался возродить Капру тридцатых — его нескончаемый монтаж наплывом взят прямо из «Познакомьтесь с Джоном Доу». Картины Капры до сих пор действуют благодаря своей выдающейся убедительности и могучей игре.
Великие фильмы Капры — «Познакомьтесь с Джоном Доу» и «Эта прекрасная жизнь» — работают, потому что это грезы, а не страшные сны. Сила Коэнов в стилизации, которая сокращает или вовсе исключает проявления человечности, и в висельном юморе, которого они не чураются никогда. Их хеппи-энды — иронические комментарии к жанрам, которые они подрывают, а их мир состоит из одних кошмаров.
В глазах двоится (Джон Нотон)