Революционная народническая организация "Земля и воля" (1876 – 1879 гг.)
- Автор: Ткаченко Петр Семенович
- Год: 1961
- Язык: русский
- Год: Государственное издательство «Высшая школа»
- Жанр: История
Электронная книга - «Революционная народническая организация "Земля и воля" (1876 – 1879 гг.)». Краткое содержание книги:
Автор «Северного Союза» смешивает здесь всех: бунтарей, якобинцев, лавристов и либералов[436]. Известно, что отношение к Казанской демонстрации буржуазно-либеральных кругов и народников было совершенно различным, причем даже и среди самих народников по-разному смотрели на исход демонстрации. Автор «Северного Союза» совсем обошел неоднократные указания Плеханова о том, что общество «Земля и воля» вело длительную пропаганду среди рабочих больших городов, что оно делало больше в этом отношении, чем требовала их программа.
Подводя далее итоги демонстрации, Корольчук пишет:
«Но рабочие вышли на площадь, и это было не только „политическим действием“ петербургских рабочих, но и ударом по народнической идеологии»[437].
Такой вывод противоречит свидетельству Плеханова о демонстрации, о пропаганде народников. Он расходится и с суждениями участников демонстрации: ведь именно Э.А. Корольчук в составленном ею сборнике к 50-летию Казанской демонстрации поместила отрывки из воспоминаний отдельных землевольцев об организации этой демонстрации «Землей и волей». Поэтому вряд ли основательна мысль Э.А. Корольчук, что народничество уже в эти годы являлось тормозом для начинающего рабочего движения. Не основателен и довод Э.А. Корольчук о том, что бунтари негодовали на демонстрацию потому, что «последовавшие за ней аресты грозили разрушить создававшуюся ими в то время организацию»[438].
О неудаче демонстрации в своих воспоминаниях Н.И. Сергеев говорил следующее:
«Выяснилось очень скоро, что демонстрация не удалась: вместо ожидаемых тысяч народа на площадь явились 300 – 500 человек… Тогда устроители этой демонстрации переживали… Мы рассчитывали провести удачную демонстрацию, чтобы приостановить преследование молодежи и рабочих и вызвать сочувствие общества».
Далее он пишет:
«Я помню, как на второй день после демонстрации на Казанской площади… здесь[439] …сидел старый орловский революционер Зайчневский, …ругал устроителей Казанской демонстрации, особенно напал на Плеханова, который своей политической речью усилил этот провал.
Не будучи знаком с Плехановым, Зайчневский не знал, что последний находится в соседней комнате, но Плеханов… не счел нужным выступить с оправданием своей речи и самой демонстрации»[440].
Э.А. Корольчук также отмечала, что П. Зайчневский специально приехал из Орла, чтобы противодействовать участию своих последователей (Ошаниной и других) «в подобных безумных и бессмысленных действиях». Сам он на демонстрации присутствовал, но после нее на одном из собраний обрушился на ее устроителей[441]. Таким образом, якобинцы-ткачевцы, на которых ссылается Э.А. Корольчук, выступали против землевольцев – организаторов Казанской демонстрации.
Переживания организаторов демонстрации, о которых говорит Сергеев, можно объяснить не тем, что землевольцы не хотели и не сочувствовали этой демонстрации, а тем, что они болели за ее неудачу. Переживая за неудачу демонстрации, землевольцы не боялись, однако, «разрушения создавшейся организции», а искали новых путей сближения с рабочими и одновременно стремились к расширению своей организации. После демонстрации революционная пропаганда среди рабочих в Петербурге и в других городах велась землевольцами больше, чем до нее.
Плеханов видел в демонстрации на Казанской площади первую попытку «практического применения наших понятий об агитации». Понятия эти были в то время слишком отвлеченны, и уже по одному этому не могло быть удачным их практическое применение.
«Казанская демонстрация наглядно показала, что мы будем всегда оставаться одни, если в своей революционной деятельности будем руководствоваться лишь своим отвлеченным пристрастием к „агитации“, а не существующим настроением и данными насущными нуждами той среды, в которой собираемся агитировать».
Урок Казанской демонстрации, по словам Плеханова, не был забыт землевольцами в 1878 г., когда представился случай взяться за агитацию в среде петербургского рабочего населения.
Демонстрация получила различную оценку в общественных либеральных кругах. В своих воспоминаниях о деле В. Засулич А.Ф. Кони писал, что демонстрация была совершенно беспочвенной, вызвавшей со стороны общества весьма равнодушное к себе отношение. Извозчики и приказчики из лавок бросались помогать полиции и бить кнутами и кулаками «господ и девок в платках»[442]. Она, по словам Кони, имела важную роль лишь потому, что с нее начинается ряд политических процессов.
436
Из якобинцев Э.А. Корольчук указывает П. Зайчневского, который противодействовал организации демонстрации.
437
Э.А. Корольчук. Указ. работа, стр. 121.
438
Там же, стр. 120.
439
Сергеев называет квартиру кружка «централистов» на Петербургской стороне, где жили М. Ошанина с двумя сестрами и будущей женой Л. Тихомирова – Екатериной Сергеевой.
440
Воспоминания Сергеева, ИРЛИ, ф. 266, оп. 2, ед. хр. 497, стр. 34. Об отношении Зайчневского к Казанской демонстрации интересные наблюдения содержатся в статье Б.П. Козьмина «Зайчневский в Орле и кружок „орлят“ 1873 – 1877 гг.». Выясняя мировоззрение Зайчневского, отмечая его неверие во всякие публичные выступления, Б.П. Козьмин указывает также на неверие Зайчневского в успех этой демонстрации. Зайчневский присутствовал в Казанском соборе, а 8 декабря выступил с речью на собрании организаторов демонстрации. Он нападал, как писал впоследствии Плеханов, не на недостаток организации и несерьезность организаторов, а на самое устройство демонстрации. Б.П. Козьмин. Указ. работа. «Каторга и ссылка», 1931, № 10 (83), стр. 116 – 117.
441
Э.А. Корольчук. Северный Союз русских рабочих, стр. 120 – 121.
442
А.Ф. Кони. Избранные произведения. М., 1956, стр. 500.