Россия на Дунае. Империя, элиты и политика реформ в Молдавии и Валахии, 1812—1834

Последние две главы ясно продемонстрировали нарастающий кризис восточной политики России, определившейся после Русско-турецкой войны 1768–1774 годов. «Представления», которые делали российские посланники на основании Кючук-Кайнарджийского, Ясского и Бухарестского договоров, в конце концов сделали привычной роль России как протектора княжеств в глазах османского правительства и европейских держав. В то же время эти «представления» становились все более неэффективными в качестве средства защиты молдаван и валахов от злоупотреблений и вымогательств господарей, а сама их частота неизбежно сказывалась на российско-османских отношениях. Право делать «представления» не обеспечивало России полного контроля над ситуацией в Молдавии и Валахии, что было наглядно продемонстрировано в 1821 году. В целом риторика защиты единоверцев не только давала России неоспоримое влияние на православных подданных Порты, но и позволяла православным элитам Юго-Восточной Европы манипулировать политикой России или по крайней мере пытаться это делать, порой с катастрофическими последствиями.

Восстания Ипсиланти и Владимиреску, как и бесконечные переговоры Строганова с Портой по поводу нарушений Бухарестского мира, свидетельствовали о неэффективности восточной политики России в целом и российского протектората над Молдавией и Валахией в частности. Кризис 1821 года и его последствия продемонстрировали недостаточность традиционных дипломатических демаршей и заставили авторов восточной политики России осознать необходимость политической реорганизации княжеств для того, чтобы сделать их более стабильными, менее подвластными Порте и в то же время более подконтрольными России. К счастью, российское Министерство иностранных дел получило в это время множество обращений и записок, посредством которых различные группы молдавских и валашских бояр стремились изменить неопределенную политическую ситуацию в свою пользу. Помимо конкретной информации о различных аспектах внутренней организации княжеств, эти записки позволяли российским властям составить представление о соотношении сил между различными группировками бояр и определить возможные опции. Первым продуктом усилий царских дипломатов поставить российский протекторат над княжествами на более прочную основу стала Аккерманская конвенция, подписанная в сентябре 1826 года. Предписывая разработку административных регламентов для княжеств, конвенция сигнализировала наступление периода реформ, которые преобразуют местные институты и определят отношения между Российской империей и элитами Молдавии и Валахии на два десятилетия.