Кембриджская история капитализма. Том 1. Подъём капитализма: от древних истоков до 1848 года

Следует, однако, также сказать, что эти периоды административного включения Китая в жизнь Запада в целом нечасты, так как происходили не более чем на протяжении четырех веков из тех четырнадцати, в течение которых Китай проявлял интерес к Западу до монголов. В любом случае, они более редки, чем периоды, в течение которых Китай платил дань кочевникам. Размер этой дани весьма заметно изменялся и в большинстве случаев был не столь велик, как размер дани, выплачиваемой тюркам или уйгурам в периоды общего политического упадка в Северном Китае.

Нормальной ситуацией должна была стать частная торговля. К сожалению, у нас нет данных, счетных книг или статистики, чтобы оценить ее объемы. Единственная количественная информация, известная нам о периоде Тан, заключается в том, что один богатый купец в Пайканте, небольшом торговом согдийском городе под Бухарой, располагал 5000 штуками шелка для выкупа своей жизни у арабского генерала Кутейба ибн Муслима, когда в начале VIII века арабы вторглись на эти территории (Tabari: 1188–1189). Для периода Монгольской империи у нас есть информация о некотором имуществе богатых итальянских купцов и компаний в Италии, а также о размере некоторых комменд в Иран, Индию или Западную Азию (Bautier 1970: Lopez 1943), но ни одной из Китая. Однако в теоретическом примере из средневекового «Руководства по торговле» генуэзского агента Пеголотти (1866) фигурирует капитал в 25 000 золотых флоринов для торгового путешествия по суше в Китай в первые десятилетия XIV века. В исламских источниках содержатся несколько фактических примеров, доказывающих, что в морской торговле фигурировали намного большие объемы товаров: один каримский купец пять раз проделал путь по морю в Китай, и в последний раз, в 1304 году, он привез оттуда в Египет «300 бухаров шелка [примерно 40 т] 450 ратлей мускуса [195 кг] огромное количество китайских гончарных изделий и великолепную коллекцию инкрустированных золотом сосудов из нефрита, состоявшую из больших блюд» (Lane and Serjeant 1948: 114). Нам известно, что налоги, уплаченные на эти товары, составили 300 000 дирхамов, что приблизительно эквивалентно — но только для налогов! — 25 000 флоринов капитала из примера Пеголотти.

Из приведенной выше хронологии следует, что эта торговля была тесно связана с отсутствием каких-либо политических неурядиц. Торговля резко замедлялась или вовсе прерывалась во времена войн, грабежей, вторжений: после нашествия на Ганьсу северной Вэй в 439 году центральноазиатские купцы были схвачены и высланы, вместе со значительной частью населения провинции, в Северо-Восточный Китай, и лишь поколение спустя долгосрочные контракты были возобновлены и царь Согдианы смог прислать посольство, чтобы потребовать их исполнения (Weishu 102.2270). Путешествия в эти трудные времена были возможны только огромными караванами, в которых участвовали сотни купцов, с частной охраной и вьючными животными, что резко увеличивало стоимость транспорта в отличие от значительно меньших групп, перемещавшихся весьма свободно (когда они получали официальный паспорт) в не столь опасные периоды. По всей видимости, проблемы доверия при путешествиях на дальние расстояния решались на семейственной основе.