Prudentia [litres]

– Какая разница? – Губы Магнебода с трудом шевелились, но слова были произнесены отчетливо, спасибо луженой рыцарской глотке. – Он все равно отхватил себе самый сладкий кусок пирога!

– Неважно, какой кусок ты выбираешь, – поучительно заметил Гримберт. – Важно, кто печет пирог. Этот пирог пек я.

– Тогда в нем должно быть до чёрта крысиного яда… – произнес Магнебод по радиосвязи. – Уж я-то знаю твою стряпню, мой мальчик!

«Багряный Скиталец», имея высоту в пять полных пассов[55], не доходил «Золотому Туру» даже до верха нагрудника, однако, стоило ему пошевелиться, как оруженосцы и слуги врассыпную бросились прочь, торопливо отсоединяя тянущиеся к нему шланги. Никому не хотелось оказаться под стальной лапой гиганта в тот миг, когда он придет в движение.

Встряхнувшись всем своим металлическим телом, «Скиталец» немного присел на мощных гидравлических ногах, резко повернул башню из стороны в сторону, провел по горизонтали стволами основного калибра. Гримберт знал, что это чисто рефлекторные движения – механическому воину, питаемому заточенной в реакторе искрой атомного распада, не было нужды разминать члены, но человеческие привычки были сильнее.

– Алафрид считает, что сведения об уязвимости Арбории Лауберу передали графские шпионы в городе. Вот только это не так. Видишь ли, у Лаубера нет никаких шпионов в Арбории, хоть он и рад был бы их там иметь.

– Тогда откуда он взял все это?

– Ты помнишь сира Виллибада, мой друг?

В режиме нейрокоммутации лицо Магнебода было бледным и пустым, как лик святого, но Гримберт отчетливо увидел, как кожа на лице старшего рыцаря сморщилась, словно отражая напряженную работу мысли.

– Мрачный тип из графской свиты. Из тех, что нынче утром заявились в твой шатер.

– Совершенно верно. Надо заметить, что сир Виллибад не просто приближенный к его сиятельству рыцарь, но и его доверенное лицо. Клеврет, советник и добрый друг. Граф Лаубер имеет склонность доверять мнению сира Виллибада, о чем мало кто знает. Но так уж вышло, что я отношусь к тем, кто знает.

– Он передал своему сюзерену фальшивку? – недоверчиво спросил Магнебод. – Обманул его, заставив поверить в уязвимость юго-восточных ворот? Зачем бы ему делать это?

– По моей просьбе. – Гримберт коротко поклонился, наслаждаясь замешательством собеседника. – О нет, Виллибад в самом деле предан своему сюзерену. И всех моих денег не хватило, чтобы подкупить его. Но люди ошибаются, когда считают золото самой сокрушительной силой в мире. Видишь ли, мессир Виллибад тоже небезгрешен, как и его хозяин. Он отчаянно пытается прикрыть уязвимые места броней, но в какой-то момент я оказался быстрее. И, возможно, щедрее.