Prudentia [litres]

– Мне не впервой сталкиваться с варварами, Магнебод. Я знаю, как они рассуждают и как действуют. Мне отчего-то кажется, что этот… Клеф, он не станет держаться за юго-западные ворота, через которые мы с тобой двинемся. Более того, я почти уверен, что он сосредоточит все свои силы на юго-восточных. А когда убедится, что Туринское знамя вторглось глубоко в оборону, не станет втягиваться в затяжные бои. Вместо этого он отступит и укатит на восток со всей скоростью, которую только смогут вытянуть его машины.

Гримберт улыбнулся, наслаждаясь удивлением Магнебода. Несмотря на то что лицо его превратилось в маску, не более выразительную, чем бронированная морда «Скитальца», он видел, как это удивление меняется, переплавляясь в иную форму. В потрясение? В уважение? Испуг?

– Во имя Господа, Гримберт, откуда ты…

– Этот Клеф хоть и презренный еретик, но по-своему неглупый парень. Может, он не играет в шахматы с папским камерарием, однако отлично разбирается в сути вещей.

«Скиталец» в течение полуминуты стоял неподвижно. Возможно, он был занят калибровкой баллистических вычислителей или подсчетом выделяемого реактором тепла, но Гримберт так не думал. Он знал, что Магнебод сейчас напряженно думает. И знал, о чем.

– Ты подкупил его, – пробормотал Магнебод с каким-то едва ли не суеверным ужасом. – Сговорился с еретиком, чтоб натравить его на Лаубера! Это…

Гримберт пожал плечами.

– Преступление? По меркам Святого Престола – быть может. Но не по меркам здравомыслия. Если Лаубер желает покрыть себя воинской славой, я обеспечу ему такую возможность. Он угодит в ловушку и истечет там кровью, в то время как мы торжественно войдем в Арборию и займем ее со своего направления.

– И ты ничего не сказал об этом на военном совете!

– Не сказал, – согласился Гримберт. – Это заставило бы меня выглядеть глупо, не так ли? Кроме того, ужасно не хочется портить графу Женевскому миг его триумфа.

– Что ты наделал, Гримберт? Что ты наделал?

– Перехитрил своего врага, только и всего. Он ожидал легкой прогулки, а получит кровавую бойню.

– Но вместе с ним будут и другие рыцари! Много других!

Гримберт пожал плечами.

– Если он столь умен, как принято считать, сообразит вовремя подать сигнал к отступлению. Если нет… Что ж, ему придется держать ответ перед сенешалем и его величеством за все потери. Человек, который собирался покрыть себя славой за счет других, должен быть готов и к тому, что вместо благовонных масел ему на головы выльют помои.

– Иногда я думаю…

– Да, мой друг?

– Иногда я думаю, где и когда ты научился этому, – пробормотал Магнебод. – Потому что, готов поклясться своими четырьмя опухолями и тем, что осталось от бессмертной души, этому я никогда тебя не учил.