Электронная книга - «Птичка-в-клетке (СИ)». Краткое содержание книги:
Март кивнул на слова Линаэвэн. А что было сказать? Да, на Острове есть пленники, и те, кто упорствует - подвергается пыткам. Но эльфы сами это выбрали. А Эвэг хорошо о них позаботится.
Горец поставил на стол кувшин с вином и чашу, накрытую большой лепешкой. Потом нерешительно снял хлеб, наполнил чашу вином и сел за стол, показывая, что все к тризне готово, и он ждет Линаэвэн.
- Поднимем чашу в честь павших - да будет лёгким их путь; помянем их поимённо - да не изгладится в веках память о них, - Линаэвэн, будучи летописцем, записала многое и ещё записала бы. Но ей суждено было оказаться в плену, и она не ведала, выйдет ли когда-нибудь на свободу, и лягут ли однажды на пергамент имена Нэльдора и Лагортала, Арохира и Оэглира, Лаирсула и Ардуиля.
Мысль о том, что придется выслушать длинный список имен немного испугала горца, но он не подал вида. В конце концов… Для Линаэвэн это важно, быть может, рассказав то, что у нее на душе, дева будет с большие доверием относится и к словам и суждениям самого Марта.
- Конечно, госпожа моя. Начинай.
***
Заходя к другим пленным, Эвэг также представлялся им лекарем Повелителя.
Бэрдир, резко возражавший прежде против гостей, лечение принял. Поэтому Эвег лечил его бережно и осторожно. Почти час ушел на этого эльфа, ведь аккуратная работа требует больше времени.
- Иди теперь, - выдохнул нолдо, но когда целитель действительно шагнул за порог, не выдержал. - Постой. Я пойду в гости… взамен на Лаирсула, если его отпустят.
С тех пор, как Бэрдир вернулся один, он не видел целителя из отряда; Саурон удержал его силой и что делал с ним, нолдо не знал.
Эвег уточнил:
- Ты согласен быть гостем Повелителя при условии, что твой друг будет в темнице? Странное желание, но я передам.
- Саурон удерживал его силой, не давая вернуться сюда, - мрачно ответил Бэрдир. - Так что… здесь лучше, чем там. Так или иначе.
- Хорошо, - подтвердил Эвег Бэрдиру, - ты будешь гостем Повелителя, а твой товарищ будет в подземелье. Я понял и передам.
И правда - едва выйдя за дверь камеры, Эвег доложил Повелителю Волков и получил отклик удовлетворения.
У Маирона была и иная причина быть довольным. Когда Лагортал и Кирион ушли, Волк обратил свое внимание на томящегося от нетерпения духа. Новости, принесенные им, были не столь важными, сколь удивительными - пленники почти никогда по доброй воле не открывали разум. И таким нельзя было пренебрегать. Быть может, этот дух и не заслужил ещё новое тело, но Волку рядом был нужен воплощённый дух, который всегда смог бы свидетельствовать, что Ламмион открыл ему разум. И потому Маирон призвал мощь своего Повелителя, чтобы дать духу новое фана.
Спустя недолгое время за Бэрдиром пришел Фуинор.
- Мне сказали, что ты готов стать гостем при условии, что Лаирсул будет в темнице? Это так? И как долго ты готов держать свое обещание? В прошлый раз, помнится, ты развернулся и ушел, едва почувствовав на себе взгляд владыки острова. С чего теперь верить тебе? Не получится ли, что Повелитель, вместо того, чтобы обменять одного эльфа на другого, лишится обоих?
- Ничто не мешает ему удержать меня силой, как он удержал Лаирсула, - усмехнулся Бэрдир. - Давай говорить прямо, без плетения изящных словес о гостеприимстве и доверии: Саурон хочет задавать вопросы и получать ответы, то есть это род допроса в приятной обстановке. Я предлагаю поменяться местами с Лаирсулом. Это не значит, что я согласен ответить на его вопросы или делать, что он хочет; просто… пусть вместо Лаирсула попробует со мной, - был ли он так уверен, что выстоит? Нет. Но лучше пусть это будет он, чем чуткий целитель.
- Есть разница в том, чтобы быть пленником и гостем, - усмехнулся Фуинор, решив пояснить правила игры. - Пленник может молчать, пока на то хватит его сил, гость обязан вести беседу с хозяином. Но пленник не может выбирать тему разговора, а гость может. Также гость должен вести себя вежливо, не нападать, не грубить. Но зато - может получить разрешение гулять или даже съездить на охоту, как того пожелал Ламмион. Гость может получить любые вещи, что захочет, чтобы коротать досуг. Как видишь - вовсе не так плохо, как ты представлял себе. И, пока ты гость - твой напарник, даже здесь, будет в безопасности. Или ты думаешь, тебя не повесили на дыбу, потому что про тебя забыли?
- То есть Лаирсула ныне не допрашивают, а только принуждают вежливо беседовать с Сауроном и не нападать? - недоверчиво переспросил Бэрдир. Ему не верилось, что их разделили только ради того, что назвал умайа.
- Я говорю тебе о том, что будет ожидать тебя, - сухо ответил Фуинор. - Я забираю тебя отсюда, и ты остаешься гостем у Повелителя. И если ты снова, едва завидев его, попытаешься сменить свое мнение, я обещаю - Лаирсул будет мечтать, чтобы с него содрали кожу в том кабинете, где вам накрыли стол - так невыносима будет казаться ему боль.
Бэрдир резко выдохнул, опустив голову. Он резко отказался идти в гости, когда Саурон сказал им, что так можно “купить себе время”; не заставила его согласиться и собственная пытка, но Лаирсул… Так или иначе, он был прав вначале: выбор был между его согласием и муками целителя.
- А так - Лаирсул будет в подземелье, но не под пыткой? Ладно, - мрачно ответил нолдо, снова подняв голову. - Говоришь, главное не молчать и не грубить?
Оставалось подумать, о чём бы таком можно было долго говорить, без опасности что-то выдать. Кроме имени - его, похоже, назвать придётся. Фуинор с усмешкой сделал Бэрдиру приглашающий жест.
- Ты уже знаешь дорогу, не так ли?
Пока пленника вели по коридору, его остановили возле одной из камер, открыли окошко, и в ней был виден Лаирсул, забывшийся сном на лавке. Окно закрыли, а Бэрдира повели дальше.
- Твоему товарищу стоит отдохнуть. Но, после, вы возможно сможете пообщаться. В зависимости от твоего поведения.
***
- Вспомним Лордов Ангрода и Аэгнора; и оруженосца Рандира; и целительницу Луинэль… - с печалью произносила тэлерэ имена погибших на Дагор Браголлах и после её завершения.
И вставали перед глазами силуэты и лица, и звучали в ушах голоса, смех и песни тех, кто ныне был погружён в тишь Чертогов Мандоса. Среди них были и нолдор, которых Мандос обрёк своим приговором на долгое ожидание, как и тех, кто последовал за ними; и синдар, ставшие их союзниками; и лаиквэнди; и некоторые эдайн…
Март молча слушал эльдэ. Лишь немногие имена были ему знакомы. Конечно же когда он слушал о чужих убитых, приходили в голову и свои погибшие, пропавшие, бежавшие. Он уже давно, лет десять как, справил тризну по своим мертвым, и то же, наверное, сделала и Линаэвэн - так зачем же теперь повторять? Быть может, таковы обычаи эльфов?
Тех, кого называла Линаэвэн, вспоминали, конечно, по отдельности, но так, всех павших, нет…
***
Бэрдир шёл знакомой дорогой с самым угрюмым видом. Похоже, Лаирсула только что отпустили, и он был так обессилен, что сразу уснул. И то хорошо, что мог теперь просто спать. Только придётся побыть “в гостях” у этой твари, что всем здесь заправляла. Хоть раз, а придётся. Или и не раз, ему, небось, потом так же грозить будут - жестокой пыткой целителя… Не о том он думает. Нужно думать о том, что говорить будет.
Нолдо вошёл в ту же комнату, оглядел всё вокруг - ничуть не более приязненно, чем в прошлый раз, и произнёс:
- Ты меня уже видел; теперь я здесь за товарища.
Когда Бэрдир вошёл в покои Повелителя Волков, настроение у Маирона было превосходное.
- Садись, Бэрдир, раз пришел, - откликнулся умаиа и кивнул на свободное кресло. Накрытого стола в комнате не было, Маирон сидел за столом с бумагами и чертил эскизы, прикидывая, как лучше украсить камнями заколку в виде морского завитка. Волк взглянул на эльфа, но ничего больше не сказал и не спросил - он не собирался помогать Бэрэдиру, пусть теперь тот сам думает, что сказать и предложить.
Нолдо, не торопясь, сел в кресло.
- Прошлый раз ты сказал, что при встрече нужно представиться, - произнёс эльф, невольно вглядываясь в черты эскиза. Более всего это походило на украшение. Зачем оно Саурону-то?