![Ни бог, ни царь и не герой [Воспоминания уральского подпольщика] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/3/5/5/7/8/ni-bog-ni-car-i-ne-geroj-vospominaniya-uralskogo-podpolshchika-download.jpg)
Ни бог, ни царь и не герой [Воспоминания уральского подпольщика]
- Автор: Мызгин Иван Михайлович
- Год: 1979
- Язык: русский
- Год: Южно-Уральское книжное издательство
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Ни бог, ни царь и не герой [Воспоминания уральского подпольщика]». Краткое содержание книги:
Как члену боевой партийной дружины, которую возглавлял известный уральский революционер М. Гузаков, И. Мызгину приходилось выполнять различные партийные поручения: добывать оружие, боеприпасы, участвовать в вооруженной борьбе с полицейскими карательными отрядами, организовывать мастерские по изготовлению взрывчатых материалов и бомб, вести большевистскую агитацию среди уральских рабочих и крестьян, готовить побеги революционеров из тюрем и ссылок.
На долю Ивана Михайловича выпало немало суровых испытаний. Семь раз отбывал он заключение в тюрьмах Уфы, Златоуста, Литвы, Красноярска, Александровского централа, шестнадцать раз бежал из тюрем и полицейских участков, дважды из ссылок, дважды был приговорен к расстрелу колчаковской контрразведкой. Но ничто не могло сломить его веру в торжество ленинских идей, в победу пролетарской революции.
Замечательная жизнь И. М. Мызгина — яркий пример беззаветной преданности Коммунистической партии, интересам народа.
— А если жандармы на тебя кинутся, ты станешь стрелять?
— Обязательно. А ты, если увидишь, что меня хотят задержать, делай вид, что не имеешь ко мне никакого отношения, просто попутчица.
— Но как же…
— Это мой приказ! — как можно суровее оборвал я. — Хочешь провалить всю организацию?! Все равно здесь ты ничем не поможешь. А если останешься на свободе — сумеешь…
Наташа замолчала, и только звук наших шагов негромко раздавался в ночной тишине.
Наконец последний поворот, и Наташа вывела меня к крайним домикам города. Никаких признаков оцепления. Не успели? Или в последнюю минуту изменили приказ? Выяснить невозможно.
Мы остановились.
— Ну, Наташенька, ты будь здесь. Наблюдай за мной. Что бы ни случилось — не смей приближаться. Обо всем сообщи нашим. Поняла?..
Она молча кивнула. Я взял ее за руку. Она сильно стиснула мою руку своей крепкой ладошкой. Я сделал над собой усилие, круто повернулся и пошагал к путям. На ходу обернулся. Маленькая Наташина фигурка смутно светлела в темноте.
Не доходя стрелки, я прилег в бурьян — показался паровоз, что привел поезд в Актюбинск. Он проскочил стрелку и, устало свистнув, запыхтел в депо. Смирновского паровоза долго не было. Я уже начал волноваться. Быть может, не удалось договориться? Или Володю задержали где-нибудь по дороге?
Но вот вдали послышался свисток, и немного спустя я увидел огненный глаз приближавшегося паровоза…
Сердце мое учащенно билось, кровь стучала в виски. Я подумал: «Если Смирнов меня не возьмет на паровоз, дождусь поезда и вскочу на ступеньку какого-нибудь вагона, а там — будь, что будет!»
Паровоз все ближе… Вот он замедлил ход и, свирепо шумя, весь окутался облаком пара…
Все идет, как надо!
Вскакиваю и бросаюсь к паровозу, прямо в такой горячий на вид пар… С подножки ко мне протягивается рука. Володя басит:
— Давай прыгай! — и втаскивает меня на паровоз.
Машинист и кочегар даже не оборачиваются в нашу сторону. Володя мигом распахнул крышку инструментального ящика, я улегся, крышка захлопнулась, щелкнул замок…
Машинист дал сигнал, ему ответил рожок стрелочника, и паровоз двинулся к составу.
Из моего убежища мне было плохо слышно, что делалось на станции. Долетал смутный шум, говор суетившихся на станции людей, отдельные возбужденные фразы, когда кто-нибудь проходил совсем рядом с паровозом. Видно, на вокзале царила суматоха.
Но вот звонок… Второй… Низкий гудок паровоза… Толчок, лязг — тронулись. Погромыхивая, проходим одну за другой станционные стрелки. Еще гудок… Все быстрее и быстрее веселый перестук колес…
Под этот мерный, ритмичный звук я думал об актюбинских большевиках, спасших меня от охранки, о Володе Трясоногове, о милой Наташе, которую я никогда больше не увижу, о своем нареченном «брате», который — я уверен! — скоро войдет в нашу крепкую семью борцов за дело народа…
И думал я еще об одном человеке — о старом актюбинском подполковнике Дмитрии Сергеевиче. Случайно он сказал мне о письме жандармов или предупредил намеренно? Значит, догадывался, кто я?
Этого я не знаю и до сих пор… Много раз впоследствии я вспоминал седого служаку, но судьба никогда больше меня с ним не сталкивала. Дожил ли он до грозового девятьсот семнадцатого? А если дожил, то на какой стороне баррикад оказался?
В ЛОВУШКЕ
После побега из Актюбинска мне пришлось побывать в ряде городов России. Добрался я даже до Ташкента. Но август 1908 года застал меня снова, на родном Урале.
В начале ноября, когда я работал в Миньяре, партийная организация поручила Ивану Забалуеву и мне размножить на гектографе листовку. Гектограф передал нам Яков Заикин, а работать мы стали в доме Филимона Забалуева — брата Ивана. Перевозила листовки «звездочка» — Ксения Коряченкова — и ее подруги.
Печатание подходило к концу, когда из Уфы приехала Лиза Огурцова. Она привезла мне письмо Уфимского комитета партии.
Нужно сказать, что к этому времени ряды наши сильно поредели. Не без помощи провокаторов многие явки провалились, другие оказались под наблюдением.
В связи с поражением первой русской революции партия выдвинула в качестве главной задачи — длительную работу по воспитанию, организации и сплочению масс пролетариата. По постановлению V областной Уральской партийной конференции боевые дружины ликвидировались, оружие консервировалось в тайных хранилищах в ожидании того дня, когда российский пролетариат снова вступит в открытый бой за власть.