На сибирских ветрах. Всегда тринадцать
- Автор: Бартэн Александр Александрович
- Год: 1983
- Язык: русский
- Год: Советский писатель. Ленинградское отделение
- Жанр: Советская классическая проза
Электронная книга - «На сибирских ветрах. Всегда тринадцать». Краткое содержание книги:
Роман «На сибирских ветрах» посвящен людям молодого, бурно развивающегося города Новинска, за четверть века поднявшегося среди вековой сибирской тайги. Герои романа — рабочие, инженеры, партийные и советские работники, архитекторы, строящие город, артисты Народного театра. Люди разных специальностей, они объединены творческим отношением к труду, стремлением сделать свой город еще красивее. Большое место в жизни молодых героев романа занимает искусство — оно помогает им жить яркой, наполненной жизнью.
Тема искусства становится основной в романе «Всегда тринадцать». Писатель показывает пути, которыми приходит молодежь в цирк, — заводские кружки, спорт, самодеятельность, цирковое училище. В романе раскрыта красота будничного труда артистов, безраздельно преданных своему искусству.
Стремительно и горячо говорил Асланбеков, и улыбка, которую Бочкарев пытался сохранить на лице, постепенно стала меркнуть.
— За разъяснение, конечно, спасибо. А только, ей-богу, напрасно вы, Мамед Алиевич. Разве мы мамашу обижаем? Разве пальцем кто тронул или лишний кусок пожалел?
— Лишний кусок! Дурные слова произносишь, мастер Бочкарев! Старому человеку не лишний кусок — тепло сердечное нужно. А ты матери такую обстановку создал, что дом родной ей не дом!
Бочкарев словно бы поперхнулся, провел ладонью по горлу, и там непроизвольно булькнуло.
— Ну, это уж напрасно, — проговорил он наконец. — Я со всем уважением к вам. Однако в данном случае вправе спросить...
— Спросить? Что спросить? Депутатское удостоверение?
— Удостоверения не требуется, но хочу понять...
— Вот это правильно, мастер Бочкарев! — перебил Асланбеков. — Ты непременно должен понять!.. Город Новинск — превосходный город. Очень чистый, очень светлый, очень красивый. И еще мы хотим, чтобы он всегда был добрым городом. Понимаешь? Добрым! Ну а тот, кто не может или не хочет быть добрым... — Глаза Асланбекова опять сверкнули, и на этот раз Бочкарев ни о чем не стал переспрашивать.
— Лидия! — позвал он. — Поди сюда!
— Не могу! Я в бигуди!
— Да ну тебя с бигуди! Мамаша где?
— Где ей быть! Свежим воздухом дышит!
— Одной ногой сюда! — повысил Бочкарев голос, и жена испуганно появилась на пороге — поверх бигуди накинула шарф, и оттого голова казалась распухшей. — Как допускаешь такое? На каком основании своевольничаешь? Чтоб больше не повторялось!.. Пускай Маня и Толя приведут сейчас же бабушку! Ужинать время, и вообще...
Мог ли считать Асланбеков, что в полной мере справился с заданием? Нет, он понимал, что чудес не бывает, и трудная штука — расшевелить совесть, да еще в таком семействе. А все же испугался Бочкарев, впредь осмотрительнее будет. А почему испугался? Силу против себя почувствовал, и эта сила общественностью зовется!
Провожая гостя, Бочкарев рассыпался сладкими словами:
— Спасибо, что навестили! Считаю честью для себя! А насчет недоразумения этого не беспокойтесь!
— Не беспокоиться? — строго переспросил Асланбеков. — Так и передать в исполком?
— Само собой! Разрешите вызвать лифт?
— Никакого лифта! Больше двигаться надо! Жирком тогда не зарастешь!
Спустился на этаж и увидел Ишимова перед дверьми квартиры.
— Кирилл Прокопьевич! Не знал, что здесь живете!
— Второй год как переехали. А вы какими судьбами, Мамед Алиевич?
— Исполком поручил проверить одно заявление. Между прочим, видел я на днях Виктора Николаевича Ожогина. Как раз в день, когда в Москву отправился. Родственник ваш к нему приходил, инженер Курмышин. Просил зачислить в штат новой установки. Сказал, что и вы поддерживаете просьбу...
— Вот что, Мамед Алиевич, — сдержанно отозвался Ишимов, — в производственные дела зятя — тем более не являясь специалистом — я не собираюсь вмешиваться... Очень прошу, вопрос о дальнейшей работе инженера Курмышина не связывайте со мной!
За ужином Курмышин с удовольствием рассказывал о своих садовых успехах:
— Жаль, папа, что так и не выбрались вы к нам на участок. Ягода поспевает — лучше нельзя. Скоро можно будет из первого урожая варенье варить.
В ответ Ишимов пристально поглядел на зятя:
— Больше, Юрий Павлович, нечего тебе сказать?
— В каком смысле?
— Встретился я с Мамедом Алиевичем Асланбековым, — сказал Ишимов. — Узнал, что ты хлопочешь о переводе на установку 25-бис.
На миг Курмышин отвел глаза, будто что-то про себя прикинул быстро. И тут же рассмеялся:
— Ничего-то от вас не скроешь, папа. Впрочем, и скрывать не собирался. Просто не хотел раньше времени звон разводить!.. Действительно, возникла такая идея. Я ведь еще в том возрасте, когда положено расти, шагать вперед, добиваться большего. Согласитесь, стиральный порошок — не предел мечтаний.
— Правильно, — кивнул Ишимов, по-прежнему не сводя с зятя пристального взгляда. — Правильно. Не предел. Но зачем ссылаться на меня? Тем более не переговорив, не поставив в известность.
— Ну зачем ты, папа, так ставишь вопрос? — вмешалась Лариса. — Юра ведь объяснил тебе. Ему и в голову не могло прийти...
— Не надо, Ларисочка, не надо! — остановил Курмышин жену. — Видимо, я и в самом деле поторопился. Мне казалось, что мое желание настолько естественно, что Кирилл Прокопьевич не только одобрит, но и обрадуется...