ХX век: проработка прошлого. Практики переходного правосудия и политика памяти в бывших диктатурах. Германия, Россия, страны Центральной и Восточной Европы
- Автор: Лёзина Евгения
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Новое литературное обозрение
- ISBN: 978-5-4448-1582-3
- Жанр: Политика
Электронная книга - «ХX век: проработка прошлого. Практики переходного правосудия и политика памяти в бывших диктатурах. Германия, Россия, страны Центральной и Восточной Европы». Краткое содержание книги:
В ходе применения подобных мер активно задействовались осведомители. Среди эффективных средств и методов деморализации инструкцией выделялись:
— введение или использование неофициальных сотрудников, снабженных легендами о том, что они являются доверенными лицами лидеров групп, курьерами центральной администрации, вышестоящими лицами, представителями официальных инстанций из района операций, другого рода связными и т. п.;
— использование анонимных или под псевдонимами писем, телеграмм, телефонных звонков и т. п.; компрометирующих фотографий с реальных или инсценированных встреч;
— целенаправленное распространение слухов о конкретных личностях из данной группы, объединения или организации;
— целенаправленное разглашение тайны или симуляция разоблачения защитных мер МГБ;
— вызов лиц в государственные ведомства или общественные организации с использованием правдоподобных или неправдоподобных обоснований[356].
Активное применение подобных методов, которые, согласно директиве, должны были «использоваться, совершенствоваться и развиваться творчески и дифференцированно в зависимости от конкретных условий оперативного дела», способствовало формированию в обществе атмосферы всеобщей подозрительности, лжи, страха и недоверия[357].
Осведомители спецслужб не были физически вездесущи, концентрируясь в своей деятельности главным образом на подавлении реального инакомыслия. Но они способствовали усилению осторожности граждан, опасавшихся выражать свои взгляды и критические настроения из‐за страха стать объектами доносов. Эта преобладающая атмосфера секретности способствовала еще и тому, что протестная активность в ГДР долгое время практически не могла развиваться публично и оставалась в андеграунде. Именно из‐за крайней репрессивности восточногерманского режима протест, накапливающийся в недрах несвободного общества, мог выйти на поверхность лишь в последние месяцы существования ГДР[358].
Когда это наконец произошло, в ходе мирной революции 1989–1990 годов восточногерманское протестное движение стало выступать с требованиями ликвидации секретных служб и установления гражданского контроля над архивами Министерства государственной безопасности ГДР. Массовые требования упразднения Штази, сохранения и открытия архивов, разоблачения осведомителей и восстановления доверия в публичной сфере нашли отражение в основных лозунгах сотен тысяч протестующих граждан, выходивших на площади восточногерманских городов начиная с осени 1989 года: «Преступники из Штази, вон из политики», «Бодрствующий народ — лучшая госбезопасность», «Мы требуем немедленного лишения власти и роспуска Министерства госбезопасности», «Штази — в народное хозяйство», «Ни одной немецкой марки Штази», «Свободу моему досье» и др.
В ситуации массового бегства граждан из ГДР после открытия границы между Венгрией и Австрией летом 1989 года, а также роста протестных настроений и консолидации оппозиции осенью того же года режим СЕПГ оказался в глубоком кризисе. Под давлением общества в октябре–декабре 1989 года в стране произошли значительные институциональные изменения. 17 октября Политбюро ЦК СЕПГ решило освободить Эриха Хонеккера от обязанностей генсекретаря, 18 октября пленум ЦК утвердил это решение. Новым генсекретарем ЦК СЕПГ был избран бывший главный редактор центрального органа печати СЕПГ газеты Neues Deutschland Эгон Кренц. 7 ноября в полном составе было отправлено в отставку правительство Вилли Штофа. Прежде чем Народная палата ГДР (Volkskammer) избрала новым премьер-министром первого секретаря Дрезденского окружного комитета СЕПГ Ганса Модрова, Политбюро приняло новое положение о выезде за границу. Когда член Политбюро и секретарь ЦК СЕПГ Гюнтер Шабовски сделал сообщение об этом вечером 9 ноября на пресс-конференции, многотысячные толпы устремились к контрольно-пропускным пунктам на границе с Западным Берлином. В тот день пала Берлинская стена, многие десятилетия разделявшая Европу[359].
17 ноября решением Народной палаты ГДР официально прекратило свое существование Министерство государственной безопасности. Вместо него было создано Ведомство национальной безопасности (ВНБ; Amt für Nationale Sicherheit, AfNS) под руководством бывшего заместителя министра государственной безопасности ГДР Эриха Мильке (1957–1989) Вольфганга Шваница. Этой заменой премьер-министр Модров надеялся сохранить старые структуры и кадры, но общественное давление и требование ликвидировать спецслужбы продолжали усиливаться. 1 декабря Народная палата вынесла решение об отмене первой статьи Конституции ГДР, в которой говорилось о руководящей роли СЕПГ, а 3 декабря Центральный комитет СЕПГ исключил из партии Эриха Хонеккера, Эриха Мильке, бывшего председателя Совета министров Вилли Штофа и ряд других членов ЦК[360].
356
Ibid.
357
Ibid.
358
Подробнее о деятельности осведомителей Штази и их влиянии на общество ГДР см.: Miller B. Narratives of Guilt and Compliance in Unified Germany: Stasi Informer and Their Impact on Society. London; New York: Routledge, 1999; Kowalczuk I.-S. Stasi konkret. Überwachung und Repression in der DDR. München: C. H. Beck, 2013; Gieseke J. Die Stasi 1945–1990, Munich: Pantheon, 2011; Müller-Enbergs H. Inoffizielle Mitarbeiter des Ministeriums für Staatssicherheit. Berlin: Ch. Links, 2008.
359
Подробнее о событиях 1989–1990 годов в Восточной Германии см.: Ковальчук И.-С. Революция в ГДР 1989–1990 годов — европейское событие // Бонвеч Б., Ватлин А. (ред.) Послевоенная история Германии: российско-немецкий опыт и перспективы: Сборник статей. М.: ДиректМедиа Паблишинг, 2007. С. 171–188.
360
Gieseke J. 2014. Op. cit. P. 198.