ХX век: проработка прошлого. Практики переходного правосудия и политика памяти в бывших диктатурах. Германия, Россия, страны Центральной и Восточной Европы

По мнению Арта, который провел в начале 2000‐х годов серию глубинных интервью с десятками немецких и австрийских политиков, общественные нормы против исторического ревизио­низма и праворадикального популизма, утвердившиеся среди западногерманских элит в ходе публичных дебатов 1980‐х годов, вынуждали политические партии, массмедиа и гражданское общество Германии вырабатывать эффективные меры противодействия радикальным националистическим силам на самых ранних этапах их возникновения, успешно применяя в отношении их стратегию маргинализации[338].

Тезис о взаимосвязи между восприятием прошлого и масштабами проявления праворадикального экстремизма нашел подтверждение и в примере послевоенной Восточной Германии, где, в отличие от ФРГ, нацистское прошлое не было подвергнуто критическому анализу. Официальный антифашистский дискурс ГДР сформировал представления о национальной идентичности, существенно отличающиеся от западногерманских[339]. Вероятно, поэтому после объединения Германии проявления неонацистского насилия на востоке страны были заметнее, а националистически-консервативные партии — Национал-демократическая партия Германии и «Республиканцы» (Die Republikaner, REP) — пользовались здесь существенно большей поддержкой, чем на западе[340].

Правда, с тех пор ситуация и в Австрии, и в Германии претерпела существенные изменения. Поддержка правоконсервативной Австрийской народной партии (АНП; Österreichische Volkspartei, ÖVP) на парламентских выборах 2002–2019 годов составляла в среднем 32%, значительно превысив показатель периода 1986–2002 годов. В Германии с 2010‐х годов тоже наблюдался существенный рост правого популизма, хотя здесь поддержка правых и оставалась на более низком уровне, чем в Австрии. Основанная в 2013 году партия «Альтернатива для Германии» (АдГ; Alternative für Deutschland, AfD) стала по итогам парламентских выборов 2017 года третьей по численности партией в бундестаге после блока ХДС/ХСС и СДПГ, набрав 12,6% голосов и став первой ультраправой партией в немецком федеральном парламенте за послевоенный период[341].

На фоне роста антиэмигрантских настроений усиление «Альтернативы» наблюдалось во всех федеральных землях (в октябре 2018 года она прошла в земельные парламенты Баварии и Гессена с результатами 10,2 и 13,1% соответственно), но особую поддержку ей оказывают жители восточных земель[342]. На прошедших осенью 2019 года выборах в ландтаги Бранденбурга, Саксонии и Тюрингии АдГ заняла второе место во всех трех землях, набрав в Бранденбурге 23,5% голосов избирателей (против 12,2% на предыдущих выборах), в Саксонии 27,5% голосов (против 9,7%) и в Тюрингии 23,4% голосов (против 10,6%)[343].