Кто-то, кто будет любить и оберегать (ЛП)
- Автор: ryanhasao3
- Язык: русский
- Жанр: Слэш
Электронная книга - «Кто-то, кто будет любить и оберегать (ЛП)». Краткое содержание книги:
— Закрой глаза, — шепчет Бакуго, останавливая движение рук.
Шото даже не нужно просить. Закрывает.
В темноте, с теплом на лице и глубоко в груди, он ждет, что-то произойдет. Он почти уже знает, что будет дальше. Уже несколько недель к тому и идет.
В любом случае, это не меняет того потрясения, которое пронзает его, когда он чувствует губы Бакуго на своем лбу.
Они прохладные. Он выбрал именно то место, где проходит граница, прямо там, где она разделяет левую и правую стороны, и Шото ощущает слегка влажные, потрескавшиеся губы на своей коже. Это не поцелуй. Ни в каком из смыслов, кроме формальности. Просто еще один вид прикосновения, касание кожи ко лбу, которое мало чем отличается от касания рук.
Но ощущается по-другому, и предательский голос — крошечный всхлип в глубине горла Шото — выдает это Бакуго.
На долю секунды Шото кажется, что этот звук украдет у него все. Думает, что его неспособность хранить молчание отнимет эту привязанность, эту теплоту, эту любовь, которую он испытывает сейчас. Но Бакуго даже не реагирует, просто убирает последние несколько прядей с лица и наклоняется вперед, чтобы снова прижаться губами к нему, к его линии волос.
— Ты в порядке? — спрашивает Бакуго, нежно касаясь губами того места, где Шото чувствует их лучше всего. Немного щекотно. Шото медленно кивает, не желая слишком сильно сдвинуться и оттеснить его от себя. Бакуго едва отстраняется, губы больше не касаются его, но Шото все еще чувствует их близость. Так близко. — Хорошо. Не хотел, чтобы ты подумал, будто я какой-то гребаный урод.
— Мне приятно, — шепчет он, открывая глаза. Лицо Бакуго в нескольких сантиметрах от его собственного. — Ты был прав.
— Я всегда чертовски прав, идиот.
— Как я мог забыть? — с улыбкой бормочет Шото в ответ.
Глаза Бакуго опускаются, взгляд задерживается на губах Шото. Оу.
Сердце снова срывается. Учитывая, как часто это происходит в последнее время, повезло, что его до сих пор не хватил сердечный приступ.
И снова Бакуго знает об этом, но не останавливается. Ладонь, которая все еще накрывает щеку Шото, мягко подталкивает его, пока голова не откидывается назад, а затем он наклоняется. Бакуго двигается так медленно, глаза приоткрыты — дает возможность пошевелиться, оттолкнуть его. Шото не делает этого. Прошло уже несколько недель, а он ни разу не оттолкнул.
Так мягко, так плавно, так идеально губы Бакуго встречаются с его губами.
И вот это — поцелуй. Тут двух вариантов нет. Но это нормально.
Шото поднимает руку, вцепляется пальцами в воротник Бакуго и кончиками пальцев так легко касается его шеи, что мурашки бегут по коже. Губы на его собственных движутся почти неуловимо, нежно подталкивают его, и Шото отвечает, запрокидывая голову еще дальше и приподнимаясь, чтобы встретиться с ним.
Никогда ничего не ощущалось таким правильным, как губы Бакуго на его губах.
Он сдвигается, отстраняясь, пока они не размыкаются. Шото приподнимается, подается вперед и хватается за воротник, чтобы притянуть Бакуго обратно к себе. Губы снова встречаются, и на этот раз шумит не он. Такой слабый, едва слышный между вдохом и выдохом, тихий стон вырывается из Бакуго, когда Шото прижимается к его губам. Потом они раздвигаются. И вслед Шото на пробу приоткрывает собственные.
Язык Бакуго давит на его нижнюю губу, но, раздвинув их еще больше, использует эту возможность, чтобы сомкнуть на ней зубы.
На этот раз звук не такой тихий. Шото почти скулит, звук поднимается высоко в груди; он сжимает в кулаке ткань чужой рубашки. Бакуго бросается вперед, обхватывая лицо ладонями и осторожно оттягивая нижнюю губу. Затем, в последний раз прижав их рты друг к другу, он отстраняется.
У Шото перехватывает дыхание. Он остается рядом, чувствует каждую точку соприкосновения: от грубых рук на шее до кожи, задевающей костяшки пальцев; то, как он прижат к ногам Бакуго, и так неловко сидит. Немного неудобно. Если не поменяет положение, их сведет судорогой.
Идеально.
— Возможно, это была дерьмовая идея, — шепчет Бакуго. Он все еще достаточно близко. Губы касаются его собственных, пока Бакуго произносит эти слова, и Шото сдерживает желание броситься вперед и потребовать их себе. — Мы не собирались этого делать.
— Мне все равно, — шепчет Шото в ответ. Да и как он мог? Как он мог беспокоиться о том, что кажется таким правильным?
Он скорее чувствует, чем видит ухмылку Бакуго, зубастую и дикую, и десять тысяч способов устрашить. Шото любит ее.
— Мне тоже плевать.
========== Глава 4: Скажи, что всё будет в порядке ==========
Комментарий к Глава 4: Скажи, что всё будет в порядке
Двое людей могут сделать так много, не подвергая сомнению свои мотивы.
Шото не знает, кто они, кем они должны быть. Два месяца назад он сидел и мусолил вторую страницу, гадая, почему сердце болит и горит, словно снова проглотил свой же огонь; ведь тогда все, что он делал, — просто смотрел на Каминари и его друзей. Два месяца назад Шото сидел немного вдали от привычного окружения, словно через окно наблюдал со стороны и гадал, каково это будет, если Мидория протянет в его сторону руки.
Два месяца назад он держал Бакуго за руку, и это был миг полного освобождения — один из самых ярких в его жизни.
С тех пор он узнал самые странные, мельчайшие факты о Бакуго. Он знает, когда у него день рождения, знает имя его матери, знает, что Бакуго не ненавидит одежду, которую шьет его отец, настолько, как притворяется. Он знает, что Бакуго не любит чай, но выпьет, если Шото предложит. Знает: он любит еду острую, как адский огонь, но ему также нравится клубничное мороженое слаще, чем целый мешок сахара.
Шото знает, к каким местам прикоснуться, чтобы услышать короткие вздохи и выдохи. Знает, как поцеловать его, чтобы вырвать тихий стон удовлетворения. Знает: место под вторым ребром очень чувствительно к щекотке, но Бакуго позволит прикоснуться там, если Шото захочет.
Он знает: гнев Бакуго — не просто защитная реакция. Он реален.
— Ты гребаный… Тодороки, засранец, поддержи меня, — кричит тот с другого конца класса.
Чувствуя на себе растерянный взгляд Мидории, Шото отрывается от книги и позволяет губам изогнуться в улыбке. Он не читал. Слушал, как Киришима заявил, что Бакуго на самом деле не любит боевики так сильно, как рассказывает.
— Честно говоря, на прошлой неделе ты заснул во время просмотра, — отвечает он с ухмылкой. Он ясно помнит взрывы, вспыхивающие на экране ноутбука Бакуго, и то, как светлые волосы торчали дыбом в пятидесяти разных направлениях после того, как смялись о грудь Шото. Галстук оставил отпечаток на его скуле, Шото протянул руку и большим пальцем водил по этой линии, пока очаровательная складка не разгладилась.
Большой палец скользит по углу двести тридцать седьмой страницы, когда бах-бах-бах зловеще разносится по комнате.
— Заткнись нахуй, засранец.
— Ты спрашивал мое мнение, Бакуго, — напоминает Шото, помахивая книгой. Ее посоветовал Бакуго, и он видит, как вспыхивают красные глаза. Кажется, он не удивляется, когда Шото прислушивается к его предложениям, но под этим все еще что-то скрывается, и он пока не может полностью разгадать что.
— Ну, я думал, что ты, блядь, поможешь.
Каминари снова начинает кричать о каком-то интернет-видео, которое он посмотрел. Мидория толкает Шото локтем — он оглядывается и видит, что на него направлены три пары глаз.
— Тодороки, когда Каччан смотрел с тобой фильм?
— Часто. — Он закрывает книгу, зажав большой палец между страниц, и кладет себе на колени. — Но боевик смотрели в прошлый четверг.
— Эй, погоди, — прерывает Урарака, наклоняясь вперед. Она бы свалилась со своего стула, если бы не цеплялась лодыжкой за ножку парты позади нее. — Разве в четверг ты выбыл не из-за домашки?