Под Покровом Лжи

— Приближаемся к минному полю, — произнесла пилот, пока ее руки сноровисто щелкали тумблерами на панели.

Квай-Гон увидел впереди россыпь чуть поблескива­ющих отраженным светом цилиндров.

— Я бы запросто принял их за астероиды, — простодушно признался второй пилот.

Оби-Ван наклонился к нему и доверительно сообщил:

— Вещи — не всегда то, чем они кажутся.

Квай-Гон укоризненно покачал головой.

— Не забудь об этом, когда мы окажемся на поверхно­сти, падаван, — тихо сказал он.

Оби-Ван прикусил язык и смиренно кивнул:

— Да, учитель.

Второй пилот вызвал на экран увеличенное изображение одной из мин.

— Управляемый детонатор, — сообщил он через плечо­ Квай-Гону. — Возможно, эти мины могут быть взорваны дистанционно — со сторожевых кораблей террористов или с поверхности.

Пока Квай-Гон обдумывал эту информацию, в динами­ках рубки раздался женский голос:

— «Эклиптика» — «Протуберанцу». Наши проводники советуют нам активировать щиты и строго придерживаться курса. Сканеры дальнего обнаружения засекли три истребителя по другую сторону минного поля. Есть веские основания полагать, что им известно о нашем приближении.

Квай-Гон тронул Оби-Вана за плечо:

— Самое время присоединиться к остальным в пассажирском салоне.

И к великому разочарованию Оби-Вана, они покинули тесную ходовую рубку и отправились по длинному коридору, мимо навигационной рубки, центра связи и кают-компании экипажа, на корму. Там коридор упирался в дверь турболифта, на котором они и спустились палубой ниже. Затем миновали вестибюль пассажирского салона и оказались в салоне как таковом.

На кореллианских крейсерах пассажирские салоны размещались в нижней части носа корабля, под носовой сенсорной системой. Они были взаимозаменяемы и давали возможность поддерживать специфический состав атмосферы, если такая необходимость возникала. А в аварийных ситуациях эти салоны катапультировались и пре­вращались в спасательные капсулы. В салоне имелись иллюминаторы — как по левому, так и по правому борту, а также большой круглый стол с голопроектором.

— Мы преодолеваем минное поле, — сообщил Квай-Гон.

— В самом деле. Преодолеваем, — меланхолично отозвался рыцарь-джедай Ки-Ади-Мунди, не отрываясь от созерцания иллюминатора правого борта. Голова его была гладкой и вытянутой, а от цепкого взгляда ничто не могло ускользнуть. Подбородок украшала длинная седая борода, длинные седые усы закрывали верхнюю губу, и брови тоже были густыми и пышными. А глаза смотрели из-под бровей зорко и проницательно.

— Обеспокоенным твой падаван выглядит, Квай-Гон, мм? — заметила сидевшая за столом Яддль. — Минное поле виной тому или другие заботы?

Квай-Гон чуть не засмеялся:

— Он всегда так выглядит, когда предчувствует непри­ятности. Когда он по-настоящему волнуется, у него аж пар из ушей идет.