Электронная книга - «Совсем не мечта! (СИ)». Краткое содержание книги:
— Антон… — Он повернул голову, когда мои пальцы легли поверх его. — Если нечто подобное вновь произойдет… я не буду бездействовать… Сразу ударю того, кто только попробует оскорбить тебя или Лизу…
— Ты же никогда не дрался, — скептически улыбнулся он.
— И что?
— А то, что без навыков шансов на победу в настоящей драке у тебя маловато, — вздохнул он, переводя взгляд на ночную темноту. — Вообще, я до сих пор удивлен, что твои кулаки девственны. Как бы пошло это ни звучало, — рассмеялся он, очевидно, как и хохотнувший я, подумав про фистинг. — Телосложение у тебя хорошее, силы хоть отбавляй — как? Ты ведь не занимаешься спортом, я более чем уверен.
— Ну, у меня дома есть гантели, — пожал плечами я, по-прежнему разглядывая его прекрасные длинные пальцы. — И отжиматься весело, если рассыпать по полу драже и подбирать их без помощи рук.
Я снова услышал мелодичный смех Антона и невольно улыбнулся.
— Отжимания ради драже — в твоем стиле! — Какое-то время мы сидели в относительной тишине, слушая ветер и кузнечиков, позволяя ночной прохладе проникнуть в каждую клеточку легких. — Если хочешь, по возвращению в город я могу научить тебя драться, — предложил Антон, хорошенько обдумав все заранее за минуты нашего молчания.
— Ты серьезно? — встрепенулся я, и кресло тихо скрипнуло. — Но… ты ведь будешь моим спарринг-партнером в таком случае?
— Планировал им быть. А что?
— Я не смогу тебя ударить.
Антон с непередаваемой нежностью посмотрел в мои глаза, сверкающие из-за яркого отсвета лампы.
— Даже если я буду бить тебя в полную силу? — спросил он немного погодя.
— Даже если ты будешь пытаться меня убить, — признался я, вспоминая ледяную скользкую руку, хватающую меня в кошмаре за ногу и утаскивающую на дно того, далекого озера.
Антон придвинулся, опершись на подлокотник, и его нежные горячие губы коснулись моих в чувственном порыве глубокой признательности…
— Когда мы только встретились, — вымолвил он, не открывая глаз и прижимаясь лбом к моему лбу, — я думал, что ты трусливый и слабый. Но оказалось, что то была не слабость — то была доброта.
— Когда мы только встретились, — перехватил эстафету я, — у меня создалось устойчивое впечатление, что ты тот еще маленький наглец. Но, в свою очередь, выяснилось, что за наглость я принял самоуверенность и пробивной характер… Стоп. — Я замер, вспоминая слова Антона и подмечая в них значительную несостыковку. — «…трусливый и слабый…» — про слабость ты далее сказал, но про трусость — нет…
Антон обаятельно поморщил нос.
— Ты не очень-то смелый в некоторых вопросах. Хотя бы как сегодня отреагировал на мои слова о флоггере.
— Это была пугающая острота! Не шути так больше…
— А с чего ты взял, что я шутил? — Его пальцы накрыли мои и с силой сжали их, словно я вот-вот собирался убежать вон с участка, а теперь, к сожалению, не смогу. Кажется, в моем взгляде опять отразился страх, и на губах Антона расцвела пугающая еще больше властная полуулыбка. — Подобные забавы — это не больно, уверяю. Флоггеры из мягкой кожи даже не оставляют следов…
— Да что у тебя за навязчивая идея меня подчинить? — возмутился я, поворачиваясь к Антону затылком. Несмотря на царящую вокруг темноту, я опасался, что в свете лампы он сможет разглядеть, как покраснело мое лицо. Я почувствовал смущение, нахлынувшее горячей волной на мои щеки и лоб, стоило Антону заговорить о столь нескромных развлечениях.
— Я и сам об этом много думал, — поделился Антон, не выпуская мою руку. — Сперва я был согласен со школьным психологом: что я пытаюсь подчинить тебя, чтобы удержать рядом, не дать отдалиться окончательно. Но сегодняшние события пробудили во мне не страх потери. Я видел, как ты поднял того придурка — как напрягались твои мышцы под кожей, покрытой каплями воды, как тебя заполнил гнев, как он отразился на твоем лице… Я сиюминутно захотел подчинить тебя себе, потому что ты стал похож на самого настоящего зверя. Как когда насиловал меня в парке…
Я рвано выдохнул, прикрыв глаза. Его слова ласкали мои уши, точно он касался их языком, а жар затапливал уже не только лицо, но и шею, и грудь под тонкой белой футболкой. Дуновения прохладного ветра были бессильны и ничуть не охлаждали будто бы плавящуюся кожу.
— А это ничего, что мы останемся здесь ночевать? — опомнился Антон и ослабил хватку. Вовремя: мои пальцы уже пульсировали. — С Везунчиком все будет хорошо?
— Да, перед поездкой я отдал его матери. На неделе она его привезет обратно… Уже поздно. Пора на боковую. Лиза, вероятно, уже выбрала комнату, в которой будет спать. Ты сможешь выбрать из оставшихся двух.
— Я хочу спать с тобой, — мигом ответил Антон.
— Там только одноместные кровати.
— Вот и хорошо…
Комментарий к Глава 43 Согласно данным Фикбука, “написано 200 страниц, 42 части” — ура двум сотням!=3
====== Глава 44 ======
Сложно выразить, насколько же я был рад вернуться домой, в родную квартиру. Без Везунчика в этих стенах было невероятно пусто, хотя, казалось бы, отчего — он ведь никогда не шумел и не носился по комнатам, лишь молчаливо поглядывал на меня, лежа на полу или на диване. Со дня на день мать привезет его ко мне, а пока придется вновь существовать рядом с давно знакомым соседом — одиночеством.
Прикрытые во всей квартире шторы не пропускали теплые солнечные лучи, и ступив на пол, я ощутил, как по нервам, от стопы, распространяется холод, немного приятный после уличного зноя. Если бы я возвращался с какими-нибудь вещами, то сейчас глухо бросил бы сумку на пол и произнес больше для самого себя, чем для кого-то другого: «Ну вот я и дома!» Но я, Антон и Лиза путешествовали налегке, так что у меня, к сожалению, не было ни единой возможности обозначить свое возвращение символически. Будто долго блуждал по магазинам и вот пришел обратно… Скука!
Первым делом я завалился в душ: после долгой выматывающей поездки (сначала на электричке, потом на метро, следом — пешком до дома) я успел взмокнуть, и с наслаждением скинул грязную одежду на пол ванной. Стоя под струями прохладной воды, я чувствовал, что засыпаю. Бессонная ночь давала о себе знать. Достаточно трудно уснуть в жару на узкой одноместной кровати в обнимку с кем-то. Кожа Антона горела так же, как и моя. Под тонкой простыней, летней замене одеяла, наши ноги соприкасались; в какой-то момент колено Антона плавно двинулось меж моих бедер…
— Лиза за стенкой… — прошептал я, глядя в безмерно влюбленные глаза.
— Мы тихо… — ответил он, не переставая мягко тереть мой встающий член.
Мне было нестерпимо жарко из-за летнего пекла, не унимающегося даже ночью. Я был бы рад развалиться на кровати в гордом одиночестве — но лежал вместе с ним. Был бы счастлив поскорее уснуть и перестать маяться от духоты — но целовал Антона, чувствовал его язык, скользящий между моими губами; горячие ладони, обжигающие щеки; кончики пальцев, касающиеся мочек и время от времени поглаживающие их. Я не превозмогал себя, ничего не делал через силу. Каким-то невообразимым образом упоение Антоном спасало и от жары, и от кошмаров, и от тягостных мыслей, призывающих их. Одно присутствие этого мальчугана в моей жизни берегло меня от всего, что пытало раньше… Оставшиеся до рассвета часы мы пламенно целовались, соприкасались сочащимися смазкой членами, водили руками по коже друг друга, не нарушая медленного и оттого в чем-то возвышенного ритма. Ритма гораздо более неспешного, чем биение наших сердец…
Я пролежал на просторной двухместной кровати, быть может, около получаса с плотно закрытыми глазами. Сон все не шел. В голове не роились мысли: там было настолько пусто, что ветер нес одинокое перекати-поле от одной стенки сознания к другой. Мышцы болели после поездок на велосипеде, плавания, секса и поднимания охамевшего подростка. Раз я изрядно утомился и телом, и духом, то должен был бы спать без задних ног! Но все никак не мог уснуть.