Электронная книга - «Совсем не мечта! (СИ)». Краткое содержание книги:
Когда утрамбованная машинами земля сменилась под нашими ногами песком, сквозь который то тут, то там пробивались робкие пучки зелени, мы спешились и оставшиеся пару минут пути преодолели на своих двоих, везя велосипеды за рули. Из-за стены деревьев и высоких кустарников доносились веселые возгласы нескольких десятков голосов и шум волн. Деревья слева поредели, и мы втроем наконец ступили на типичный приозерный пляж. Солнце разогревало песок, в котором копошилась ребятня с разноцветными ведерками, совками и формочками. Где-то сбоку из открытой машины, припаркованной прямо у камышей, раздавалась придирчивая мелодия повторяющегося радио-хита. Женщины в солнцезащитных очках и неимоверно широкополых соломенных шляпах болтали на берегу и поглядывали, как их чада на мелководье топят друг друга со смехом и визгами. Немногие мужчины загорали на песке, дремля или почитывая газеты, другие же спасались от жен и детей на самой середине озера, куда не долетал галдеж с берега. Молодежь не слишком интеллигентного вида оккупировала шаткие скамейки, распивая пиво среди белого дня.
— Ты в порядке? — оглянулся на меня Антон. — Ты что-то побледнел.
Я хотел заверить его, что все в порядке, но язык не повернулся ему солгать. Я открыл рот — и тут же сомкнул губы, подозрительно озираясь. Давненько я не бывал в столь людных местах…
Лизка, как знаток данного пляжа, уже выискала лучшее, с ее точки зрения, место: у линии, где столкнулись песок и трава. На зелени развалился ее велосипед, как и наши через полминуты, а на песок легло большое бежевое покрывало, которое она еще дома по-варварски примотала скотчем к багажнику. Энтузиазм из нее фонтанировал! Расстелив покрывало, Лизка села на него, тут же вскочила, сняла блузку и бриджи, поправила где только можно купальник невнятного розово-оражневого цвета, уселась на покрывало вновь, скрутила одежду в ком, подложила под голову, поерзала на нем и неудовлетворенно начала закапывать ноги по щиколотки в песок. Время вокруг нее будто бы шло совсем иначе: мы с Антоном только-только аккуратно разместили велосипеды на траве, а Лиза уже освоилась на этом пляже настолько, что могла идти знакомиться со всеми вокруг, как делала в раннем детстве. Радует, что она уже выросла из того возраста, когда заставляла меня играть с ней в догонялки и выматывала как быка на корриде.
Предвкушая мучительные часы на солнцепеке, я плюхнулся на самый край покрывала и с недовольством посмотрел на темно-зеленую воду. Почему я вообще согласился поехать загород и пойти на пляж, раз так недоволен этой затеей?.. Из-за Антона и Лизы, разумеется. Преимущественно из-за Антона: Лизкины родители обязательно ее свозят сюда или куда пожарче по путевке; Антон на лето, кажется, не имеет других планов, кроме как чуть ли не каждый день приходить ко мне в квартиру. Нужно же ему заиметь более разнообразные воспоминания о летнем отдыхе, в которых не фигурировали бы ни мой диван, ни моя кровать, ни кухонная стойка с табуретами…
Тень заслонила меня от солнца, и я поднял лицо, чтобы поблагодарить какой-нибудь едва ли забавной остротой Антона, временно спасшего меня от превращения в шкварчащий на песке бекон. Но слова застряли в горле. Глядя куда-то за горизонт, Антон неторопливо расстегивал пуговицы своей рубашки. Легкая светлая ткань медленно расходилась в стороны, обнажая сперва ключицы, а следом и грудь. С воды подул ветер, и за трепыханием почти полностью расстегнутой рубашки я успел заметить маняще-розовый сосок… Что со мной?.. Я как будто впервые вижу Антона без одежды… Мальчишка развернулся к покрывалу лицом; ткань мягко двинулась по его плечам, оголяя их и предплечья, и рубашка соскользнула с его торса с нежностью шелка или атласа. Пальцы Антона ловко поймали рубашку прежде, чем она коснулась песка, и швырнули ее на покрывало. Руки двинулись к ширинке шортов и замерли, коснувшись жесткого светло-бежевого материала. Замерли слишком надолго… Я поднял глаза и встретился взглядом с Антоном. Властно чуть задрав подбородок, он наконец расстегнул большую металлическую пуговицу и повез язычок молнии вниз. Я громко сглотнул, не способный оторваться от его манипуляций. Его большие пальцы нырнули за пояс, плавно двигаясь к бокам и стискивая ткань. Точно в замедленной съемке, шорты спускались, с тихим шуршанием касаясь темно-синих плавок-боксеров, плотно облегающих стройные бедра Антона и его ч…
— Что, блин, вы делаете? — скривилась Лизка, следя за происходящим уже какое-то время. — Вы как будто прямо сейчас займетесь своими непристойностями. Здесь ребенок! Я!
— Тебе столько же, сколько и Антону, — произнес я, с усилием воли отворачиваясь от стянувшего шорты мальчишки.
— Вот именно! — кивнула Лиза, гаденько улыбаясь. — Педофил!
— Очень мило, — вздохнул я, убирая волосы со вспотевшего лба.
— А почему ты не раздеваешься? — нахмурился Антон. Изменение его настроения я уловил чисто по голосу — мне все еще сложно было смотреть на него, настолько неприкрытого одеждой. Стоило моему взгляду упасть на его боксеры, как пальцы чувствовали мягкость его кожи под ними, сохраненную в памяти, вероятно, навсегда.
— Кому-то нужно будет присмотреть за вещами, так что идите пока, купайтесь. Лиза же уже в купальнике. А я потом.
Услышав свое имя, кузина в прыжке поднялась на ноги, схватила Антона за руку и поволокла его к воде. Мальчишка все время тревожно оглядывался, словно боясь, что меня украдут вместе с велосипедами. Он заходил в воду спокойно — Лиза в нее с разбегу упала, и поднятой волной обратно к берегу чуть не унесло визжащих ребятишек. Картина была до того знакомой, что через завесу настоящего время от времени начинало просвечивать далекое прошлое: другой песок, другие камыши, другое озеро… Маленькая, но невероятно громкая девочка в трусах с котятами несла к воде большой плавательный круг. На ее руках уже красовались надувные «крылья», но так и ей, и ее родителям, и мне было только спокойнее. Даже не верится, что тот озорной карапуз, бросающийся с берега песком в воду, чтобы окончательно ее замутить, превратился в сверхактивную взрослую девушку. Взрослую телом, но, судя по поведению, никак не разумом — оно и к лучшему! Побыть сдержанной скучной взрослой Лиза всегда успеет, а окунуться в детство вновь не удастся, увы…
Отплыв достаточно далеко от берега, Лизка плескалась в Антона, и ее звонкий хохот долетал даже до меня. Кажется, Антон тоже смеялся, по крайней мере не кичился отвечать ей мощными потоками брызг. С ней он ведет себя как ребенок, со мной — как взрослый. Какой же он наедине с собой? Сидящий посреди абсолютно пустой комнаты с голыми стенами на застеленном матрасе… Интересно, изменилась ли его комната хоть как-то с того раза, когда я побывал в ней; стоят ли по-прежнему у двери те сумка и чемодан — и зачем они вообще, чего они ждут?..
Макушку припекало, и я лег, закрывая глаза, чтобы не лишиться зрения от вездесущих ярких солнечных лучей. Дремота охватывала меня быстрее, чем я мог себе представить. Вместо черноты перед глазами — желтоватой из-за проникающего даже под закрытые веки света — возникали размытые фигуры и нечеткие пейзажи. Еще немного, и я бы погрузился в полноценный сон, но чей-то мокрый кашель, будто разрывающий легкие на части, вырвал меня из лап сонливости, и я резко сел; закружилась голова, словно мозг от столь внезапного толчка ударился о стенку черепа. На левый край покрывала упала Лиза, вмиг оставляя на ткани темный силуэт. Влажные волосы разметались по ее спине и плечам, стопы покрывал налипший песок.
— Ты что, пытался утопить ее? — спросил я у Антона, стоящего над одноклассницей с нотками вины в прекрасных небесного цвета глазах.
— Нет, мы брызгались… — невнятно ответил он, отводя взор.
— Он в меня как будто из таза водой плеснул — и прямо в рот… — пробурчала в покрывало Лиза, обнимая голову руками.
— Я не специально. Может, это тебя Бог наказал?.. — ухмыльнулся он куда-то в бок, и я с суровой полуулыбкой посмотрел на него. «Бог наказал», да?.. Где-то сегодня я это уже слышал… Антону хватило одного взгляда мне в глаза, чтобы понять: я все про него знаю. Виновато попинав босой ногой песок, он спросил: — Ты ведь пойдешь сейчас купаться, да?.. Лиза за вещами последит…