Как заводить друзей и обрести любовь (ЛП)

— Тогда мы сбежим вместе. Я позже позвоню кому-нибудь, чтобы освободили Генри. Мы можем сбежать вместе.

Лиленд удерживает мой взгляд.

— Джексон... Я не могу позволить тебе попасть в тюрьму за мои деяния. Это мой грех, а не твой. И мне с ним жить.

И тут меня осеняет.

— Подожди... Но ведь это даже не ты убил напарника Генри! Ты ведь не убивал Уильямса! Расскажи ему правду! Его убил человек, который тебя вырастил.

Лиленд качает головой, и я с ужасом жду его следующих слов.

— Я убил Уильямса.

— Что? Но ты ведь сказал мне, что не делал этого...

— Видишь? Он — лжец! — восклицает Генри, но я хочу, чтобы он замолчал. Лиленд, может, и соврал мне, но я знаю, что он никогда не сделал бы это без особой причины. Этот Лиленд, который стоит сейчас на коленях, совершенно опустошенный, не тот человек, который стал бы врать ради собственной выгоды.

— Я действительно соврал, когда ещё не знал тебя. Уильямс... Генри, до того, как ты меня арестуешь, могу я рассказать тебе свою версию этой истории? — спрашивает Лиленд, глядя на мужчину, все ещё привязанного к стулу.

Генри кивает, хотя у него нет особого выбора.

— Ладно.

— Меня взял к себе настоящий Песочный человек. Его звали Лукас Филлипс. Если наведешь обо мне справки, то узнаешь, что он тот человек, который оставил мне по завещанию все свои деньги. Он взял меня к себе, когда я был еще мальчишкой, потому что я случайно убил человека, который пытался приставать ко мне. В то время я жил на улице, и этот парень сказал, что поможет мне избежать тюрьмы после того, что я сделал.

— Он отвез меня домой и вместо того, чтобы подарить мне нормальную жизнь, превратил меня в монстра. Он был таким же жестоким, как и все, от кого я убегал, но то был другой вид насилия. Он знал, как уговорить меня на что-то. Знал, как заставить меня хотеть угодить ему. Годами Лукас формировал меня с помощью психического насилия, пока я не стал идеальным маленьким киллером для него. И по какой-то гребаной причине я остался. Даже после того, как стал лучшим стрелком, чем он, и лучшим бойцом, чем он. Я остался, потому что… Я думал, что что-то значу для него. Но я обманывался. Он посылал меня на задания, не заботясь о том, вернусь ли я живым. Я был игрушкой, и, если бы игрушка сломалась, он просто нашел бы другую. Однако, я все еще продолжал испытывать это... чувство, что я хороший человек. Я хотел быть похожим на супергероев из книг. Спасать людей, которых нужно было спасти. Убить одного, чтобы спасти сотню. И я верил, что делаю именно это.

— Так было до Уильямса. Лукас сказал мне, что Уильямс был коррумпированным полицейским. Он рассказывал истории о женщинах и детях, которым Уильямс причинил боль. О людях, которых незаконно отправил в тюрьму и убил. И я ему поверил. А потом он послал меня убить его. У него уже была написана записка, которую я должен был оставить у его тела. Позже я понял, что она была не для Уильямса или копов, которые его найдут, а для того, чтобы одурачить меня. Чтобы заставить меня думать, что он действительно был плохим парнем. Так вот, я застрелил Уильямса из-за этой лжи, но его слова, которые он сказал мне, когда лежал, истекая кровью, затронули меня. Три простых слова: «Он лжет тебе». Сначала я подумал, что это всего лишь… последняя попытка умирающего человека выжить, но они задели меня за живое. Это было похоже на удар, в котором я нуждался, чтобы проснуться. И впервые за долгое время я почувствовал огромную вину. Я помню, как упал на колени, когда эти слова слетели с его губ. И попытался спасти его, но я всегда был слишком хорошим стрелком. Когда я наклонился над мужчиной, сжимая его кровоточащую рану, что-то… изменилось внутри меня. Это было похоже на… В тот момент я понял, что не сбежал от жестокого обращения ради лучшей жизни. Я сменил одну жизнь, полную насилия, на другую.

— Уильямс умер через пару секунд, но я прижимал его рану по крайней мере час. А потом встал, привел себя в порядок и пошел домой. Лукас гордился мной. Так гордился мной. Он хвалил меня и обращался со мной так, словно я чего-то стоил. Но когда я начал наводить справки о Уильямсе, то узнал, что этот полицейский не был коррумпированным. Нет... Уильямс был близок к тому, чтобы раскрыть, кем был Песочный человек, и Лукас был в ужасе, что Уильямс собирался посадить его за решетку.

— Проблема в том, что Лукас создал монстра. Чудовище, которое было сильнее его. Чудовище, над которым он издевался и о котором никогда не заботился. Мне потребовалось совсем немного времени, прежде чем я спланировал, что именно собираюсь сделать с Лукасом. И я убил его. Поверьте, с того дня, как застрелил Уильямса, я больше не убил ни одного невинного человека. Но все же я понимаю, что убил его. Я не чувствую вины за всех, кого отправил на тот свет. Единственный, за кого я все еще испытываю чувство вины, — это Уильямс. Хотя я не могу вернуть жизнь, я отлично умею ее отнимать. И я не чувствую вины за это.

— Прошлой ночью я застрелил человека, который бы изнасиловал пятнадцатилетнюю девочку, потому что считает, что имеет право разрушить ее жизнь. Я дал ему выбор, но такие люди заботятся только о себе. Я сказал ему, что он может отстрелить себе член, чтобы больше не насиловать, или я убью его. И я снова убедился, что такие люди, как он, не заслуживают жизни. Если бы полиция поймала его, они отправили бы его в тюрьму, дали бы ему теплую постель и еду, и что тогда? Почему он должен получать это, в то время как его жертвы остаются жить с тем, что он с ними сделал?