![Россия: у истоков трагедии 1462-1584 [calibre 5.27.0] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/3/3/5/4/4/rossiya-u-istokov-tragedii-1462-1584-calibre-5-27-0-download.jpg)
Россия: у истоков трагедии 1462-1584 [calibre 5.27.0]
- Автор: Янов Александр Львович
- Год: 2001
- Язык: русский
- Жанр: История
Электронная книга - «Россия: у истоков трагедии 1462-1584 [calibre 5.27.0]». Краткое содержание книги:
Слов нет, предшественники русского радикализма — еретики, «жидовствующие» — были древнее. Но и четыреста лет, согласитесь, достаточный срок для традиции. Едва ли может быть сомнение, что Иоанном Предтечей либеральной интеллигенции был в России Вассиан Патрикеев. И окончил он свои дни, как и подобает либералу. Осужденный, оплеванный, сосланный в иосифлянский монастырь, он не покорился и самому даже инквизиторскому суду дерзал бросать в лицо горькие слова правды. Традиция унаследовала от него не только мужество, но и интеллектуальную мощь. Вот вам еще одно доказательство.
Нестяжательская литература XVI века полна апелляций к «вселенскому совету» и «всенародным человек», т. е. к созыву национального представительства. И едва ли может быть сомнение, что князь Андрей Курбский, который был учеником Максима Грека, заимствовал их у нестяжателей. Более того, именно с нестяжательскими его симпатиями, которые при Грозном уже были приравнены к ереси, скорее всего, связан и самый его побег в Литву44. Но об этом в своем месте. Сейчас скажем лишь, что этот первый отряд русской интеллигенции, потерпев вместе с Иваном III поражение в схватке с иерархией, все-таки сконструировал, пусть теоретически, орудие, с помощью которого только и можно было сокрушить иосифлянство. Сокрушить причем цивилизованно, без насилия и разбоя: созвав Земский Собор и превратив таким образом спор между государством и церковью (в котором государство оказалось явно слабее) в спор церкви с нацией.
Конечно, если иметь в виду, что именно в борьбе с церковью как раз и созвал французский король Филипп IV в 1302 г. Генеральные Штаты, нестяжатели тут не были оригинальны (хотя, честно говоря, откуда им было это знать?). Но для России, которая и в 1302-м и полтора столетия после этого все еще была глухой провинцией Золотой Орды, идея, согласитесь, потрясающая.
По всем этим причинам с чистой совестью можно сказать о первом роковом опоздании русской интеллигенции только одно: упущен был великолепный исторический шанс. Упущен, как мы теперь знаем, надолго. Нет, я не о шансе прорубить «окно в Европу», как сделал полтора столетия спустя Петр, я о возможности стать Европой. О том, иначе говоря, чтоб полностью ликвидировать наследие ига и, наверстав упущенные века, окончательно уравнять Россию с ее североевропейскими соседями.
Да, лишенные лидера нестяжатели были разбиты. На беду страны и свою собственную, иосифляне потерпели сокрушительную победу. Но это ведь тривиально. Действительный интерес, причем решающий для русского прошлого—и для русского будущего, — представляет вопрос о том, была ли их победа неизбежна, фатальна. И никуда нам от него не уйти. Конечно, я не могу знать действительных планов Ивана III. Но разве могут их знать мои оппоненты? На каком основании так категорически утверждал, например, Плеханов, что «Иван III покинул мысль о секуляризации монастырских земель»?
Предлагаемая здесь гипотеза может казаться сколь угодно спорной. Но она, по крайней мере, оставляет открытым вопрос: почему Россия, пошедшая по пути церковной Реформации раньше всех в Европе, оказалась неспособна ее осуществить?
СТАГНАЦИЯ
Преемнику нашего героя, Василию, впору было родиться задолго до своего отца. Он был прилежным «собирателем», скучным и банальным Рюриковичем, покорным сыном церкви. Замыслы и свершения отца ничем не отличались для него от свершений длинного и однообразного ряда его московских предков. Он был начисто лишен политического воображения. Самое большее, на что его хватало, это копировать отца в деталях. С Псковом, например, сделал он то же самое, что отец с Новгородом. Отселив, однако, из Пскова семьи потенциальных смутьянов, он — в противоположность отцу — и пальцем не тронул монастырские села. Отняв в 1514-м у литовцев Смоленск, первым делом он обязался охранять неприкосновенность владений местной церкви.