Свет в ночи [(о «Преступлении и наказании») Опыт медленного чтения]

Идеи гениального поэта родятся вместе с ним. Они родятся, живут, воплощаются в творчестве, растут и созре­вают, подобные во всем своему пестуну — воплотителю. Первичная основа всех идей и замыслов поэта, обычно, раньше всего находит себе выражение. В сущности, все со­здания художника не что иное, как развитие и разрастание единого ростка, властно пробивающегося наружу в слово, в краски, в очертания и звуки.

Во семнадцатилетний Баратынский с готовым мадрига­лом в кармане прибыл в 1818 году из родного имения Ба­ратынских в Петербург. Этот начальный стихотворный опыт появился, при содействии Жуковского, в 1819 году в февральской книжке журнала «Благонамеренный», и в окончательной редакции читается так:

Взгляните: Свежестью младой И в осень лет она пленяет, И у нее летун седой Ланитных роз не похищает; Сам побежденный красотой, Глядит — и путь не продолжает.

Как в росинке чуть заметной отражается солнечный лик, так в мадригале Баратынского обретается живой за­родыш всей его поэзии. Это шестистишие поэт посвятил своей тетке Панчулидзевой. Несколько позднее оно могло бы быть посвящено Пульхерии Александровне Расколь- никовой. Здесь беспощадное время остановилось, здесь дух сказал телу: «Стой, я хочу быть тобой, а ты будь мною!».