Электронная книга - «Совсем не мечта! (СИ)». Краткое содержание книги:
— Мда, — крякнула Лиза, оставляя свой стул и направляясь обратно в мой «рабочий кабинет», — слишком приторно! Разберитесь с этим, мальчики!
Захлопнулась дверь, и, кажется, на кухне стало не так светло, как было раньше. Это всегда было особой способностью Лизы — делать мир более ярким и приятным местом, и раз Антон к ней потянулся, то не только для меня, а для любого ее друга, нуждающегося в ободрении или заботе.
Когда Антон рассказал о своих подозрениях, я оскорбился. Его недоверие глубоко ранило меня, хотя иного я, по правде говоря, не заслужил: никогда не забуду его лицо на приеме у школьного психолога во время моего жестокого признания… «…не уверен, решишь ли ты вообще меня ловить, или тебе будет интереснее посмотреть, как я разобьюсь на осколки… Я не знаю, чего от тебя ждать…» Он пытался улыбнуться, чтобы замаскировать боль вперемешку с досадой, но не сумел. И в эту прекрасную в своем выражении терзающую его душевную муку я влюбился. Точно так же, как влюбился без памяти в его ранимость, проявившуюся впервые в моих объятиях на диване в «кабинете». В его смущение, расцветшее за минуту до первого поцелуя. В его обжигающую импульсивность, явившую себя в кинотеатре. В его властность и кокетство. В строгость и язвительность. Я влюблялся в него по кускам, и в итоге оказалось, что люблю его целиком…
— Мы бы поругались, если бы Лиза не пришла? — догадался Антон, с нежностью во взгляде оборачиваясь на ныне закрытую дверь в «кабинет».
— Она всегда интуитивно знала, когда, где и кому нужна. Моя «Супер Лиза»…
Я занял стул напротив Антона, и несколько минут мы молча жевали попкорн, мысленно благодаря мою кузину за то, какая она. Чиркнув пальцами по дну своей половины миски, Антон обтряс руки и облокотился на стойку, подбирая слова поточнее.
— Ничего, если я отвлеку тебя от возвышенных мыслей и спрошу про секс?
— У меня не было секса с Александрой! — вспылил я, но Антон помотал головой:
— Тебя понесло вообще не в ту степь, я про другое. — Он умолк, будто оценивая, стоит ли игра свеч. — Мы… уже играли в мою «Красную Шапочку»… попробовали игру в двойников у меня дома… но…
Он закусил губу и поморщился, словно буквально только что упустил идеальное завершение своей мысли и уже не знал, как закончить предложение.
— У тебя есть еще какие-то сценарии в воображаемом списке? — попытался я угадать его задумку.
— Да, и много — ты ужаснешься. Но я сейчас не о том. У тебя «в списке» что-нибудь есть?
Он поднял на меня серьезные заинтригованные глаза, и я окаменел под его взглядом. Это, черт возьми, не тот вопрос, на который получается ответить сходу… Что он вообще хочет от меня услышать? Краткую зарисовку, описание в двух словах, развернутый сценарий?.. Да и какие фантазии вообще уместно рассказывать? Начинать со слабенькой подачи — или огорошить сразу, чтобы он хотя бы примерно представлял, к чему готовиться?..
— А почему ты задаешь такой вопрос? — выиграл я тем самым немного времени на «подумать».
— Не люблю чувствовать себя эгоистом в постели. Если уж мы взялись исполнять сексуальные фантазии, то не только мои. Ну и… мне действительно интересно, какие интимные пристрастия ты запрятал глубоко-глубоко внутри себя.
Я отошел к столешнице, взял графин с водой и начал пить с горла — громко и долго, как верблюд. Надо было потянуть время, чтобы уложить все услышанное в нужные ячейки. Нет… чтобы понять, что отвечать…
Пустой графин дном стукнул о стол.
— И в каком виде я должен представить эти свои фантазии тебе?
— В каком захочешь, разумеется, — ответил Антон. — Твои же фантазии. Если мне нужно что-то сделать, то просто скажи.
— Просто… сказать… вот так прямо…
— Да.
— Хочу тебя в платье, — выпалил я.
— Эм, прости, что? — выдал Антон самую восковую улыбку из всех возможных.
Давать задний ход было уже слишком поздно: даже если я решу отшутиться, Антон не поверит мне и будет рыть носом землю, пока не докопается до истины. К тому же, разве я давеча сегодня не решил рассказывать ему по возможности всю правду?.. Дал слово самому себе — придерживайся его хотя бы день, чтобы окончательно не прослыть тряпкой…
— Когда мы втроем играли в «Я никогда» с тем коктейлем из соусов — помнишь? — ты обмолвился, что надевал платье. И с тех пор меня не покидает навязчивая мысль: что я просто обязан увидеть тебя в нем… Не обязательно именно в том платье, про которое шла речь, но в любом…
Антон выслушал меня и кивнул, чем очень напомнил Александру.
— А ты хочешь всего лишь увидеть меня в платье?.. Или что-нибудь сделать, пока я так одет? — с очевидным намеком уточнил Антон.
— Когда-то мне важно было только увидеть. Но со временем это желание перевоплотилось, став очень… нескромным.
Первые секунды Антон выглядел воистину взбудораженным, как вдруг случайная, но чрезвычайно въедливая мысль смыла с его лица улыбку.
— Ты хочешь увидеть меня в платье, чтобы погрузиться в фантазию о том, как встречаешься с девушкой? — не то зло, не то обиженно спросил он.
— Если б я хотел встречаться с девушкой, я бы встречался с девушкой, — тотчас расставил я все точки над «i». — Я не собираюсь представлять никого на месте тебя. Я… сам не верю, что подобное скажу, но мне хочется увидеть парня в платье — тебя.
С воодушевлением человека, только что получившего за заслуги медаль, Антон протянул руку и положил ее поверх моих пальцев.
— Будет тебе платье, — с улыбкой пообещал он. — Дай мне немного времени.
====== Глава 41 ======
Солнце шпарило через широкое окно, и мои ноги, лишь частично скрытые черными полиэстеровыми шортами, уже горели. Но поделать что-то с этим я не мог — не из электрички же выпрыгивать навстречу прохладному ветерку, верно?
Вагон был полон. Слева, у окна сидел Антон, увлеченно любуясь весьма однотипным, хоть и живописным пейзажем; напротив нас, тоже у окна, расположилась Лиза, уткнувшаяся носом в мобильник. Время от времени она отрывалась от приложений лишь для того, чтобы поворчать на солнечные блики, мешающие разглядеть тот или иной элемент игры. Вокруг шумели люди, их разговоры не смог перегрохотать даже стук колес. Рядом со мной сидела деловитая старушка с рассадой, объясняющая незнакомой пожилой супружеской паре, занявшей места рядом с Лизой, что-то о помидорах и огурцах. Беседа была до того скучна, что подслушивать ее абсолютно не было желания. Погружаясь в свои мысли, я излишне увлекся, и яркий, жарящий свет солнца в реальности заменили блеклые серые лучи моей памяти, покрытой толстым слоем пыли. Давненько я не заглядывал туда… Напротив меня на абсолютно пустой скамейке возле окна сидел недовольный заспанный мальчишка. Из-под наполовину расстегнутой темно-синей осенней куртки высовывался черно-серый свитер, колючий даже на вид. Ребенок качал ногами, обутыми в коричневые резиновые сапоги, водил по запотевшему стеклу маленьким тонким пальцем, пытаясь нарисовать хоть сколько-нибудь приемлемого кота. Ничего не получалось, и он с еще большим раздражением откинулся на спинку деревянного сидения.
— Я что говорила о облокачивании? — спросила строгая женщина, сидящая напротив него. Одета она была в общих чертах так же — как и мужчина рядом с ней, погруженный в разгадывание судоку из газеты, раздаваемой бесплатно в метро.
Мальчик отодвинулся от спинки, и его волнистые каштановые волосы, выбивающиеся из-под шапки, больше не касались лакированного кое-как дерева.
— «Не прислоняться: мало ли какие люди о спинку терлись», — уныло повторил ребенок уже вызубренные предупреждения.
Женщина удовлетворенно кивнула и продолжила смотреть в окно.
— Мам, — окликнул ее мальчик, — может, поговорим?..
— Тут люди вокруг: поговорим, когда приедем в лес.
— Когда приедем в лес, вы будете грибы искать — не до разговоров…
Она ничего не ответила сыну, продолжая следить за мелькающими по ту сторону толстого мутного стекла одноэтажными домиками. Мальчик тяжело вздохнул и опустил глаза под сидение, занятое родителями. За их ногами на полу почти без движений лежал бело-рыжий пес. Колли поднял с белоснежных лап свой длинный светло-оранжевый нос и взглянул на мальчишку так, словно разделял и желание побеседовать, и досаду от невозможности это сделать. Стараясь действовать как можно незаметнее, мальчик потянулся ногой к собаке, чтобы коснуться его лапы хотя бы носком резинового сапога…