Альфа и Омега [СИ]

— Скажи, что ты притворялся ради того, чтобы он вышел, — почти умоляюще проговорила я, вжимаясь спиной в стену. — Что ты вовсе не собираешься…

— О чем ты вообще думала, когда согласилась прийти сюда? — сухо уточнил Йон, сложив руки на груди. — Что они прочитают над нами пару молитв, и эта штука исчезнет как по волшебству?

— Я не знаю, чего я ожидала, но я понятия не имела, что нас могут на полном серьезе попросить… — Я абстрактно взмахнула руками, не став договаривать.

— Ты действительно совсем как ребенок, маленькая омега, — покачал головой молодой альфа. — Ничего не знаешь о мире и о том, как он работает.

— Хочешь сказать, это нормально — просить о таком? — не поверила своим ушам я.

— Ты знала, что в одной из первых редакций наших священных текстов Великий Зверь был гермафродитом и занимался сексом сам с собой? И именно так он породил бестий, что заселили Землю? Разделив пополам между ними свою силу и свою страсть? — Йон не подходил ко мне, продолжая стоять в центре комнаты и всем своим видом выражая недовольство тем фактом, что я никак не пойму элементарных вещей.

— Я не думаю, что мне нужно было это знать, — огрызнулась я, тоже приняв закрытую позу и глядя на него исподлобья.

— Секс между альфой и омегой считается священным актом наравне с молитвой, — продолжил меж тем молодой альфа. — Где еще им заниматься как не в храме? И я почти уверен, что это поможет вновь… пробудить нашу метку.

— Я не хочу заниматься этим с тобой! — с нотками паники в голосе воскликнула я, не понимая, как он может не замечать очевидного камня преткновения.

«Не хочу здесь», — едва слышно добавил мой внутренний голос, но я оставила это важное уточнение неозвученным.

— Прекрати ломаться, как целка, — скривился альфа. — Наши тела созданы друг для друга, мы оба это знаем. Просто дай себе волю, и все кончится самым приятным образом для нас обоих.

— Я серьезно не могу понять, то ли ты такой долбанутый на голову, чтобы считать подобное нормальным, то ли это такой идиотский способ залезть мне под юбку, — пробормотала я. — Но в любом случае — мой ответ остается прежним. Даже не мечтай.

— Но это может быть нашим единственным способом избавиться от метки, разве нет? — поднял брови он, продолжая с раздражающим упрямством игнорировать все мои слова.

— Он ни слова еще не сказал о том, что поможет нам избавиться от нее! — напомнила я, ткнув пальцем в сторону закрывшейся за священником двери. — Мне показалось, он вообще собирается до последнего убеждать нас, что мы должны сохранить ее. Но я вот чего не могу понять. Если эта метка может помочь только нам с тобой стать… мудрее, просвещеннее или что там еще, то какое ему-то дело до того, что мы с ней будем делать? Может быть, я не хочу быть… высшей формой самой себя? Может, меня вот такая форма устраивает?

— Хорошо, я тебя понял, — тяжело вздохнул Йон, потерев лоб ладонью. — Хочешь уйти отсюда?