Альфа и Омега [СИ]

— Это божественная связь между альфой и омегой, — негромко ответил Йон. — Носители ее метки способны достигнуть недоступного прочим духовного просветления и истинно познать Великого Зверя внутри себя.

Отец Евгений довольно кивнул, словно одобряющий ответ студента преподаватель, а потом добавил:

— Считается, что у каждого из нас есть предназначенная нам вторая половинка и что мы рождаемся для того, чтобы отыскать ее, а затем, держа ее за руку, подняться к высшей ступени мудрости, дарованной нам в этом земном воплощении. Ибо каждому альфе будет даровано по омеге, что завершит его и сделает цельным.

— И возвысятся они оба в познании своем, ставши подобными богам, — закончил Йон, выразительно склонив голову. Мне снова стало не по себе. Здесь, в присутствии этого альфы в белом, он вел себя как-то странно, словно зачарованный. Как будто готов был упасть на колени и целовать перстни святого отца просто за то, что тот говорит с ним сейчас. И хотя я уже знала его историю и знала причины, по которым молодой альфа так доверял Церкви и превозносил ее служителей, мне это все равно не нравилось. Я бы не смогла назвать объективных причин, но моя интуиция по-прежнему захлебывалась от надсадного воя, что нам здесь не место.

— И зная это, я не могу не задать вам единственный вопрос: что побудило вас возжелать избавления от этого божественного дара? — мягко спросил отец Евгений, теперь уже вовсе не глядя на меня.

После того, как мы покинули алтарный зал, он провел нас несколькими узкими коридорами, а после мы спустились вниз по лестнице, что, вероятно, означало, что сейчас мы находились уже под городом. Помещение без окон, где мы в итоге оказались, было почти идеально круглой формы, а его каменные стены были украшены фресками, изображавшими, судя по всему, жизненный путь Святой Изабеллы. Напоминало келью для молитв или медитаций.

— Мы не желали этого дара, и он… пожалуй, создает сейчас слишком много сложностей в наших жизнях, — произнес Йон.

— О мой дорогой мальчик, — с какой-то пугающей нежностью в голосе произнес священник, сокрушенно качая головой. — Слышать подобное для меня почти физически больно. Вся наша жизнь, все наше существование, проходящее пред строгим ликом Великого Зверя, направлено лишь на то, чтобы познать тайную мудрость его скрытого замысла. И когда судьба дает тебе столь редкий шанс стать высшей формой самого себя, так легкомысленно отвергать его это… это глупость, с которой я никак не могу согласиться.

— Но мы… — начал было мой спутник, но отец Евгений жестом остановил его.

— Позвольте мне самому увидеть это чудо, прежде чем мы продолжим этот разговор, — мягко произнес альфа и указал на центр молитвенного зала, в котором черной плиткой был выложен небольшой круг. Йон потянул меня за собой, повинуясь его указаниям, но я едва могла заставить себя сдвинуться с места. Во рту пересохло, в голове странно пульсировало, а моя тревога продолжала нарастать.