Когда Черт в твоем Омуте — Дешевка (СИ)
- Автор: Grafonorojdennuy
- Язык: русский
- Жанр: Слэш
Электронная книга - «Когда Черт в твоем Омуте — Дешевка (СИ)». Краткое содержание книги:
— Здесь, — эхом отозвался Феликс. — Здесь…
Его руки упали вдоль тела, как у марионетки, которой обрубили ниточки. Веки, дрогнув, быстро, почти нервно опустились, брови изогнулись. Аллег раскрыл объятия, и паренек рухнул в них, как подкошенный, уткнулся лбом ему в плечо. Вцепился ему ногтями в предплечья. Судорожно вздохнул и мелко задрожал.
— Ну, тише, тише, — забормотал мужчина, поглаживая его по рыжему затылку. — Все хорошо, Феликс. Все хорошо, лисенок мой.
— Я думал, ты ушел, — глухо проговорил паренек ему в куртку. Горячее дыхание обжигало кожу даже через плотную ткань. — Я думал, ты меня…
— Перестань, — поморщился Аллег. — Ты же знаешь…
…я никогда тебя не брошу. Мужчина умолк, неспособный выдавить из себя ни слова — неспособный так нагло солгать. Перед глазами сами собой всплыли картины последних минут в далекой квартирке за несколько кварталов отсюда. «Если что, мой телефон всегда включен. Я на связи, слышишь? Я всегда на связи», — повторял Томми, сжимая его в объятиях и покрывая поцелуями лицо. Он расстался с ним у входной двери. Хотел проводить до машины, но Аллег не позволил — боялся, что не сможет заставить себя уехать.
У него до сих пор горели губы от их последнего поцелуя, он до сих пор помнил свежий горьковатый запах густых темных волос, прикосновение длинных пальцев. Помнил глаза Томми, такие похожие на глаза Феликса, но в то же время — нет, совсем другие. У Томми они с ярко-искрящейся зеленцой и темные-темные, как железо или сталь. Острые глаза, глаза плута. Или черта.
— …знаешь, — повторил мужчина, прикинувшись, что переводит дыхание, — что я не могу тебя… вот так бросить.
— Я проснулся, а тебя нет, — вскинув голову, прошептал Феликс, и Аллега окатила горячая волна стыда — глаза паренька были красными и припухшими. — Я проснулся один. Мне было холодно. Машины нет. Даже кошки нет… Аллег…
— А Минни-то куда делась? — с небрежным хохотком спросил Аллег. — Опять по соседским дворам пошла, светская львица?
Ему хотелось разрядить ситуацию и уйти подальше от нежелательной темы. Отчасти у него получилось — Феликс чуть обмяк, его руки расслабились. Аллегу стало легче дышать, и он шагнул вперед, отлипая от стены.
— Как бы не спряталась где-нибудь, — с озорным огоньком в глазах заметил мужчина, многозначительно приподняв бровь. — А то опять искать и доставать придется.
— Нет, — резко мотнул головой паренек, чем заставил его расхохотаться. — Я больше под заборами лазить не буду.
— Куда ты денешься? — фыркнул Аллег, прихватив парня за острый нос. — Полезешь, как миленький. Но это потом. А пока… Что у нас там в холодильнике осталось?
Не очень-то много. Феликс готовил плохо, а Аллег в последнее время не находил в себе сил стоять у плиты. Впрочем, заказ еды на дом ещё никто не отменял — даже наоборот, навязывал чуть ли не каждый поставщик, чем изрядно подбешивал. Минни прибежала с улицы сразу, как они сели за стол. Мокрая и растрепанная, она с довольным мурчанием потерлась боком о ноги Аллега, но присоединиться к застолью не соизволила — посеменила к своему спальному месту в уголке гостиной. Парень разогрел легкое жаркое с овощами и суп. Тот самый суп. При виде масляно-блестящей поверхности бульона Аллега едва не стошнило, и он приложил просто титанические усилия, чтобы это скрыть. Тебя травят. Причем уже давно… У мужчины не укладывалось в голове. Ему казалось, что все это происходит не с ним, что все это иллюзия, бред наяву. Феликс странноватый паренек, это так, но он не убийца, просто не может им быть…
— Тебе нужно поесть, — тихо, почти застенчиво пробормотал парень.
Он всегда так говорил, это был его всегдашний тон — очень тихий, очень скромный, с дрожащей, почти надрывной ноткой испуга. При этом он чуть сжался, втянул голову в плечи, опустил глаза в пол, как всегда с ним бывало, когда он осмеливался что-то просить или утверждать. Все это вкупе создавало образ пришибленного пса, боящегося за лишнее движение получить пинок от злого хозяина. В свое время Аллега это пронимало, но то время давно прошло — сейчас он понимал, что это всего лишь поза. Рычаг, которым Феликс пользуется, чтобы на него воздействовать. Очень мягкий рычаг — но от этого не менее грубый и даже смешной в какой-то степени.
Аллег ткнул юного манипулятора в плечо.
— Хватит тут мне, — фыркнул он. — Несчастная невинность. Знаю я, что мне нужно, — глубоко вздохнул, — а ты знаешь, что я это терпеть не могу.
— Ты давно не ел, — заметил Феликс уже посмелее. Даже улыбнулся слегка. — Уже неделю. Для здоровья это нехорошо.
Аллега вновь передернуло. Не совсем понимаю, мой дорогой, как риталин поможет моему здоровью. Мужчина заглянул Феликсу в глаза, открыл рот и… на одно короткое, безумное мгновение остро захотел рассказать ему все. Это же Феликс, его маленький Феликс-лисенок. Умный, застенчивый, добрый… Он все поймет. Он сможет понять, Аллег верил в это.
«…Правда, с Феликсом тебе придется порвать, а ещё под очи закона его подвести, а ещё на него заяву накатать…»
Горло словно сдавило спазмом. Мужчина закрыл рот и сглотнул скопившуюся слюну. Горькую слюну. Слова Томми бились в голове набатом. Нет, не просто бились — они проникли в ее глубины, угнездились там и плодились в его воспоминаниях, мыслях, оседали на языке. Горечь стала ощущаться четче, и Аллег прикрыл глаза от усталости и досады. Пути назад не было — как и былого абсолютного доверия. Феликс подсыпал ему риталин. Из добрых побуждений или нет, он это делал — и делал в тайне, за спиной, не посоветовавшись, ничего не сказав. Можно сказать, все решив за него.
Аллегу это не нравилось. Если быть до конца честным, его от этого коробило. Это так хорошо вписывалось в гипотезу Томми, но… Нет! Нет, нет, нет. Его мальчик ошибся. На этот раз точно. Не может быть такого. Просто не может быть. Аллег слабо улыбнулся. Поднял глаза на Феликса.
И чертыхнулся. Внезапно, вдруг, неожиданно. Сам не зная из-за чего. Феликс смотрел на него. Просто смотрел… Разве нет?
— Что-то мне не хочется, — спокойно произнес Аллег, отложив ложку, и медленно протер лоб. — Голова раскалывается. Не уложишь меня, сынок?
— Может, ты меня? — со скромным кокетством спросил Феликс, глянув на него из-под пушистых ресниц.
Аллег с легкой улыбкой коснулся впалой щеки. В низу живота приятно заныло, но мужчина давно уже понимал, что это опосредованное, чисто физиологическое ощущение. Его заводит сам намек, а не тот, кто этот намек сделал. Интересно, если бы на его месте был Томми, как бы я?.. Аллег провел ладонью по ровной челюсти до самой шеи и ключиц.
— Не сегодня, мой хороший, — низким голосом произнес мужчина, поглаживая гладкую белесую кожу. — Но ты можешь полежать со мной. В этот раз не сбегу, — он слегка усмехнулся, — обещаю.
Феликс молча кивнул и встал. Его почти никогда не нужно было уговаривать.
Томми написал ему на следующее же утро. Аллег встал намного раньше положенного и даже немного раньше Феликса. Телефон тихонько «булькнул» и загорелся неярким сероватым светом, и мужчина вяло потянулся за ним.
Перебарывая головную боль, он ушел в ванную и там прочел смс-ку от своего мальчика при свете мигающей люминесцентной лампочки. Это была давняя привычка, во многом инстинктивная — отчего-то Аллегу совершенно не хотелось, чтобы Феликс знал о Томми хоть что-то. Даже их встреча казалась ему неправильной, ненужной, она словно противоречила чему-то… Аллег не мог сказать точно чему.
Усевшись на край ванны, мужчина открыл сообщение. И не смог сдержать улыбки. Первый абзац был полностью посвящен ему — Томми справлялся о его самочувствии, извинялся за чересчур резкие слова при последней встрече, жаловался на тоску и уверял, что «ужасненько соскучился». Последующий текст, однако, был не таким теплым. Под конец Аллег сидел на керамическом бортике хмурым сычом, и его настроение стало ещё более скверным, чем прежде.
«Интриган чертов», — пробормотал он себе под нос, отпечатывая ответную смс.
Разумеется, у Томми созрел новый план. И, разумеется, черт его дери, Аллегу придется его исполнить.