Когда Черт в твоем Омуте — Дешевка (СИ)
- Автор: Grafonorojdennuy
- Язык: русский
- Жанр: Слэш
Электронная книга - «Когда Черт в твоем Омуте — Дешевка (СИ)». Краткое содержание книги:
Аллег неловко поджал губы. Вот оно, черт его дери, — то, что заставляет срываться дыхание и что-то неприятно ныть в груди. Наркотик…
— Не Минни же его туда подложила? — с легкой улыбкой добавил парень. — Она слишком порядочная дама.
— Феликс… Я не понимаю, — беспомощно проговорил Аллег. — Зачем ему это?
— То есть ты согласен, что это сделал он? — оживился Томми и просиял, когда мужчина нехотя кивнул. — Но при этом ты не думаешь, что он сделал это из злого умысла, верно?
— Может, он думает, что мне это поможет, — неуверенно предположил Аллег.
— Он знает про?.. — поднял брови Томми и нахмурился, когда Аллег кивнул. — Хм. Возможно… Черт. А что, если правда?.. Нет. Нет, нет, нет. Слишком много факторов… Да и в заключении сказано, что…
— Апполон-13, прием, — громко произнес Аллег, щелкнув пальцами перед окаменевшим лицом Томми. — Не улетай, парень. Мы не до конца оснастили наш корабль.
— Прости, — хихикнул его мальчишка. — Столько всего разом свалилось… Ладно. — Он прочистил горло. — Чую, мы так спорить можем до бесконечности. А эт бессмысленно и непродуктивно. Давай сделаем так, — парень положил на стол свой мобильник и включил его, — договоримся.
Аллег с трудом сдержал тяжелый вздох. Томми произнес последнюю фразу с хорошо знакомой ему интонацией — интонацией сына мелкого жулика без совести и чести.
— У нас есть два варианта решения проблемы… ну на самом деле три, но вариант с привязыванием тебя к батарее и пробиванием башки Феликса бейсбольной битой лучше оставить на крайняк.
— Томми, — рыкнул Аллег.
— Все-все, молчу. Предлагаю более гуманные варианты. — Да уж, мальчишке, как потомственному торгашу, сметки было не занимать. — Первый. Я звоню Эмилю и договариваюсь о встрече. На нее, помимо нашего дражайшего аптекаря, точно припрется Данко, а может быть и мой милый брат-лейтенант подкатит. Мы составляем подробный план и всей гурьбой едем к вам домой. Пакуем Феликса и увозим в участок. Там допрашиваем — причем, относительно цивильно и «правильно». Что из этого выйдет, — парень развел руками, — неизвестно. Сюда прибавляется обнародование наших с тобой отношений, долгая бумажная волокита, юриспруденция во все своей красе, демократические свободы и права… Словом, все, что неизбежно превратит дело в адский долгострой и сделает возможность его закрытия «за отсутствием состава преступления» более чем вероятным.
— Звучит не слишком хорошо, — хмуро заметил Аллег.
— Но мирно, спокойно и размеренно, — вскинул палец Томми. — Все как ты любишь. Мы мирно побеседуем, спокойно разберем детали и размеренно… пойдем нахер, так ничего и не выяснив. Красота же! Правда, с Феликсом тебе придется порвать, а ещё под очи закона его подвести, а ещё на него заяву накатать…
— Ох, треснуть бы тебя чем-нибудь тяжелым, — вздохнул мужчина, протерев лицо рукой. — А второй какой?
— Второй уже более интересный. — Парень сложил руки домиком, как заправский интриган. — В этот раз я тоже звоню Эмилю, тоже созываю всю братию. Однако! Вместо того чтобы ехать к вам и брать Феликса под белы рученьки, я предлагаю затаиться. Засесть в засаде и ждать, пока паразит… точнее, наше невинный агнец… точнее, наш несчастный найденыш…
— То-о-оми-и-и, — протянул Аллег, погрозив ему кулаком.
— Ладно-ладно. В общем, ждать, когда он как-нибудь себя проявит. Если проявит. Тут дело тоже принимает затяжной оборот, но мы хотя бы понимаем, чего конкретно ждем. К тому же, вывод в таком случае получится более четким и ясным — за счет эмпирической части. Тут все просто: будет вести себя тихо и спокойно — значит, невиновен; накинется или попытается доотравить — получит пизды… Ай! ЭЙ!
— И как долго будет длиться эта… эмпирическая часть? — невозмутимо спросил мужчина.
— Мы подумаем, — растирая ушибленное ухо, ответил Томми. — Я сам не знаю всех деталей, но…
— Что? — нахмурился Аллег.
— Эмиль намекал мне, что дело сложнее, чем кажется, — проговорил Томми, почесывая щеку. — И вот, в последнем сообщении он говорит то же самое. Возможно, он имеет в виду, что твой случай напоминает какой-то другой, хорошо ему знакомый.
— Отравление риталином стареющих одиноких мужиков это такое распространенное явление? — ухмыльнулся Аллег.
— Не исключено, — серьезно произнес Томми. — Впрочем, эт мои догадки. Проверить их можно только на встрече… Вопрос один — какой она будет?
Парень устремил свои внимательные любопытные глазенки на Аллега. Тот отвел взгляд. Ему было не по себе. Вся эта авантюра… Стоило ли оно того?
Он прикрыл глаза, задумавшись. Говоря по-честному, оба варианта оставляли желать лучшего и совершенно ему не нравились. Ему вообще не нравилось идти на риск, что больше склоняло его к первому варианту, но… Была все же во втором деталь, которая пришлась ему по вкусу. Аллег хорошенько обдумал ее, борясь с бессилием и головной болью, как следует обкатал на языке. И криво усмехнулся, сказав:
— Я всегда с большим уважением относился к букве закона, однако… вариант номер два мне импонирует больше.
— Чудно! — воскликнул Томми, хлопнув в ладоши. — Тебя привлек факт надежности доказательств?
— Нет, — сказал Аллег, тонко улыбнувшись. — Меня привлек факт скрытности. Если Феликс окажется невиновным, то какой смысл сообщать ему о наших подозрениях? Да и в принципе рассказывать всю историю целиком…
Мужчина приподнял одну бровь, а парень замер. Его лицо, его глаза, его поза… Словом, весь его вид выражал крайнюю степень дискомфорта. Практически раздражения. Улыбка Аллега стала шире.
— Давно хотел сказать, — лукаво произнес он, опершись подбородком на свою руку. — Мы неплохо подходим друг другу, не так ли, дорогой мой?
— Да уж, — с досадой буркнул Томми, схватив телефон. — Просто идеально, Ал.
========== 17 глава. Счастливая семейная жизнь ==========
Едва Аллег неуверенно нажал на кнопку дверного звонка, как в глубине дома раздалось какое-то копошение, за ним — грохот, а после…
— Где ты был?! Где ты был?!.
Мужчина не успел ничего ответить — две тонкие жилистые ручонки затянули его внутрь дома и прижали спиной к стене прихожей. Короткие белые пальцы стальной хваткой вцепились в ворот куртки. Они дрожали — как и их хозяин.
Аллег на мгновение опешил. Он догадывался, какую реакцию вызовет своим внезапным исчезновением, но одно дело догадываться, а другое — видеть воочию. Феликса била крупная дрожь, и без того бледное от природы лицо стало практически пепельного оттенка, уголок растрескавшихся от сухости губ подрагивал. Бледно-серые глаза были огромными, как два блюдца. Под ними залегли синюшные круги, а в уголках скопилась…
Мужчина тяжело сглотнул.
— У озера, — хрипловато ответил он. — Я… Я уехал на озеро. Наше. Помнишь?
— Зачем? — все тем же испуганным, почти паническим тоном выпалил Феликс. — Зачем ты туда поехал?
— Мне… мне… — Аллег тяжело вздохнул и провел рукой по волосам. Ему не хотелось врать пареньку полностью. — Мне все хуже, сынок. Я… Не могу. Не могу больше… Я хотел… Пытался вспомнить… Пытался поймать нить, но…
Он думал, что демонстрация слабости и очевидного раскаяния мальчика проймет — но нет. Тот все ещё был напряжен, его пальцы все ещё сжимали его куртку. И горящие едва ли не первобытным ужасом глаза пристально всматривались в его лицо. Аллег с трудом ответил на этот взгляд. В голове невольно всплыли те злосчастные слова Томми: «…Он словно серый камешек, обмазанный маслом — и только глядя на тебя это камешек оживает, загорается неистовым животным пламенем…».
Господи, ну, что за глупости? Мужчина заглянул в глаза Феликса едва ли не пристальнее, чем Феликс в его. Глаза как глаза, серые, чуть блеклые, слегка раскосые. Большие и ясные, невинные глаза. Не было в них никакого огня… разве что от праведного гнева, но это сейчас, когда есть весомая причина. Аллег слабо улыбнулся и медленно протянул руку к щеке паренька.
— Я здесь, мой хороший, — прошептал он, нежно и тихо. — Здесь. С тобой.