Вампиры не стареют: сказки со свежим привкусом [сборник litres]

А потом всё прекращается.

Я сажусь. Дверь открыта. Музыка больше не играет. Между скопищем вампиров и мной – девушка с длинными черными волосами. Ее винная помада аккуратно очерчивает губы. Клыки обнажены. Я успеваю заметить отлично сидящее на Бриттани пальто, темно-серые легинсы, уходящие под черные сапоги до колена и неожиданный намек на розовое, выглядывающий на запястьях.

– Сюрприз знак вопроса? – произношу я, и, готова поклясться, она готова рассмеяться.

Потом она отводит взгляд, сужает глаза, прорезая ими комнату, словно лезвием. Тяжелый рык срывается с ее губ:

– Мое.

– У тебя нет права… – начинает Имоджен.

– Брось мне вызов, – говорит Бриттани. Несколько вампиров встают позади Бриттани, склонив головы. Но остальные стоят позади Имоджен.

– Я сделаю кое-что получше, – говорит Имоджен, ее бледная, как луна, кожа поблескивает в тусклом свете. Она поднимает юбку и вытаскивает зловещего вида кинжал.

– Дешевая уловка, – произносит Бриттани, после чего бросается вперед.

Две женщины встречаются в неистовстве кулаков и защит, Бриттани в невыгодном положении. Я перемахиваю через барную стойку в поисках чего-то, что она могла бы использовать в качестве оружия. Нахожу маленький нож для нарезки лимонов и молоток.

– Бриттани! – Я бросаю ей молоток, и она ловит его, не останавливаясь ни на мгновение, как раз вовремя отражая безжалостный удар ножа Имоджен. Они дерутся так, словно танцуют, каждое движение ловкое и отточенное, словно всё это было заранее срежиссировано. Это так красиво, что я не могу отвести глаз.

– Хватайте девчонку! – кричит кто-то.

– Ох, это же я, – произношу я, слишком поздно сложив два плюс два. – Эта девчонка – я.

Я снова взбираюсь на барную стойку, лихорадочно высматривая безопасное место, чтобы спрятаться, но, прежде чем успеваю что-то сделать, Бриттани прыгает вверх. Одной рукой она хватается за люстру и раскачивается. Потолок стонет, протестуя, и я слышу скрип, когда она замахивается одной ногой, чтобы пнуть вампира, надвигающегося прямо на меня.

– Беги отсюда, Тео! – кричит Бриттани, спрыгивая вниз.

– Я не могу бросить тебя!

Я не могу объяснить, почему я делаю это, но я бросаюсь к Бриттани, вместо того чтобы спасать свою жизнь.

Я вижу ужас у нее на лице, прежде чем понимаю, что происходит. Потолок надо мной издает дикий треск, люстра с грохотом падает, острая боль пронзает мою шею.

Тео: Что было лучшим подарком на твой день рождения?

Бриттани: Я его не праздную.

Тео: Если бы праздновала, гипотетически. Когда у тебя день рождения?

Бриттани: Гипотетически? Я родилась двадцать седьмого апреля.

Бриттани

Люстра ударяет Тео по шее, и, стаскивая ее, я уже знаю, что она пронзила ее кожу. Я отбрасываю ее в сторону, словно она легкая, как пушинка. Люстра приземляется с грохотом, и Тео стонет. Я опускаюсь рядом с ней на колени, осторожно приподнимаю ее голову и кладу себе на ноги. Ее подбородок измазан кровью, она поднимает на меня глаза, полные слез.