Олимпийские игры в политике, повседневной жизни и культуре. От античности до современности
- Автор: Никишин Владимир Олегович
- Год: 2021
- Язык: русский
- ISBN: 978-5-00165-274-8
- Жанр: История
Электронная книга - «Олимпийские игры в политике, повседневной жизни и культуре. От античности до современности». Краткое содержание книги:
Издание рекомендуется для всех интересующихся историей Олимпийских игр.
Жестоканов С. М. Спорт и спортивные состязания в древней Греции // Феномен досуга в античном мире / Под ред. Э. Д. Фролова. СПб., 2013. С. 82–107.
Климов О. Ю. Жизнь царского двора в эллинистических монархиях // Феномен досуга в античном мире / Под ред. Э. Д. Фролова. СПб., 2013. С. 225–256.
Хабихт Хр. Афины. История города в эллинистическую эпоху. М., 1999.
Crowther N. B. The Spirit of Competition (Agon) in the Olympic Games: From the Ancient to the Modern World // Cultural Imperialism in Action / Eds. N. B. Crowther, R. K. Barney, M. K. Heine. London (Canada), 2006. P. 1–18.
Eusebius. Chronicon / Eds. A. Schoene, J. H. Petermann. Vol. 2. Berlin, 1875.
Lewis N. Greeks in Prtolemaic Egypt. Oxford, 1986.
Miller S. Ancient Greek Athletics. New Haven, 2006.
Perrotet T. The Naked Olympics: The True Story of the Ancient Games. New York, 2004.
Toohey K., Veal A. J. The Olympic Games: A Social Science Perspective. Trowbridge, 2007.
С. В. Обухов
Царевич Вараздат – филэллин и олимпионик
Аннотация: Статья посвящена участию и победе армянского царевича Вараздата в Олимпийских играх в свете борьбы христианства и язычества в Римской империи и Великой Армении во 2-й пол. IV в. Опираясь на свидетельство армянского историка Моисея Хоренского, автор приходит к выводу, что победу Вараздата следует датировать 369 или 373 г. Как полагает автор, Вараздат был филэллином. В то же время его иранское имя, а также тот факт, что Вараздат был искусным лучником, указывают на то, что армянский царевич не был чужд иранской культуре. Его участие в одной из последних Олимпиад говорит о его языческих симпатиях. По мнению автора, победа Вараздата на Олимпийских играх хорошо вписывается в те языческие тенденции, которые были характерны для Римской империи при Юлиане Отступнике (361–363 гг.) и Великой Армении при Аршаке II и Папе.
Ключевые слова: Олимпийские игры, Великая Армения, Моисей Хоренский, Вараздат, кулачный бой, эллинизм, христианство, язычество.
Вся 2-я пол. IV в. в истории Римской империи и некоторых сопредельных стран (таких как Великая Армения) отмечены ожесточенным противостоянием христианства и медленно умиравшего язычества. Без сомнения, одним из важнейших символов языческой культуры были знаменитые Олимпийские игры. Как считают исследователи, последняя олимпиада была проведена в 393 г. (Glubok, Tamarin 1976: 97). Уже на следующий год Олимпийские игры были запрещены эдиктом императора Феодосия I Великого (379–395 гг.) как «языческое действо». Их запрет совпал с очередным, возможно, самым мощным наступлением христианского государства на греко-римскую культуру. Именно за бескомпромиссную борьбу с язычеством и различными христианскими ересями император-ортодокс[74] Феодосий I получил в христианской традиции агномен Magnus.
Можно полагать, что участие в Олимпиадах 2-й пол. IV в. являлось, по сути, проявлением языческих симпатий. К сожалению, мы мало знаем об олимпиониках IV в., поскольку эпиграфических свидетельств на сей счет до нас дошло совсем немного. Поэтому абсолютно уникальным представляется свидетельство древнеармянского историка Моисея Хоренского (V в.) об участии в Олимпийских играх будущего царя Великой Армении Вараздата (374–378 гг.), римского ставленника (Garsoïan 1997: 91)[75], родственника и преемника царя Папа (369–374 гг.). Вараздат происходил из боковой ветви иранского рода Аршакидов, правившей Великой Арменией с 52 г. Представители основной ветви этой династии завоевали в течение II–I вв. до н. э. Иран и Ближний Восток и властвовали в этих землях до 225/226 г., пока не были свергнуты правителями Парса (совр. Фарс в юго-западном Иране) Сасанидами. Моисей Хоренский добавляет, что Вараздат победил как кулачный боец и в некоем городе Солнца в Элладе. Кроме того, он говорит о соревнованиях в Писе и Олимпии, где «была признана его (Вараздата. – Прим. авт.) слава и возданы почести» (III.40)[76]. Однако известно, что Писа была разрушена еще в начале VI в. до н. э. (Paus. VI.22.2–4). В дальнейшем область Писатида оставалась в составе Элиды (Strab. VIII.3.3). Остается неясным, какое именно поселение подразумевал Моисей Хоренский под «городом Солнца в Элладе». Все же, на наш взгляд, сам факт участия и победы армянского царевича на Олимпийских играх отрицать не приходится. Ведь, несмотря на безусловную тенденциозность, неточность и в ряде случаев баснословность «Истории Армении» – основного труда Моисея Хоренского, – в основе этого произведения лежат более или менее достоверные данные, почерпнутые в том числе и из не дошедших до нас источников (например, из «Истории» некоего жреца Олюмпа (Олимпия)) (Манандян 1946: 33–58; Саркисян 1966: 3–57; Саркисян 1984: 130–141).
74
Императоры-ариане, напротив, достаточно терпимо относились к язычникам и языческой культуре.
75
Вараздат был возведен на армянский престол Валентом II. В «Истории Армении» Моисея Хоренского говорится, что патроном царя Вараздата был Феодосий I Великий (III. 40). Очевидно, армянский историк ошибается, поскольку Феодосий стал императором уже после того, как Вараздат был низложен и отправлен в ссылку. По-видимому, ошибка Моисея Хоренского объясняется тем, что Феодосий был наиболее известным христианским императором после Константина I. Еще Г. А. Халатьянц показал, что Моисей Хоренский приписал Феодосию часть деяний, совершенных другими римскими императорами (Халатьянц 1903: 267).
76
Г. А. Халатьянц считает, что рассказ Моисея Хоренского о правлении Вараздата является своеобразной эпитомой соответствующих глав «Истории Армении» армянского историка начала V в. Фавстоса Бузанда (V.34–37) (Халатьянц 1903: 273–274), однако у последнего совершенно отсутствуют сведения об участии Вараздата в Олимпийских играх. Ясно, что эти данные были взяты Моисеем Хоренским из какого-то другого источника. Это подчеркивает и Г. А. Халатьянц (Халатьянц 1903: 274), никак не акцентируя на этом свое внимание.