Олимпийские игры в политике, повседневной жизни и культуре. От античности до современности
- Автор: Никишин Владимир Олегович
- Год: 2021
- Язык: русский
- ISBN: 978-5-00165-274-8
- Жанр: История
Электронная книга - «Олимпийские игры в политике, повседневной жизни и культуре. От античности до современности». Краткое содержание книги:
Издание рекомендуется для всех интересующихся историей Олимпийских игр.
Разумеется, приведенные данные о происхождении победителей никак не свидетельствуют о том, что жители материковой Греции потеряли интерес к этим соревнованиям. Однако возникновение все большего числа игр могло «размывать» усилия атлетов, тем более что политическое значение Олимпийских игр постепенно сходило на нет. Косвенным доказательством этому можно считать интерес, который эллинистические монархи проявляли не к Олимпиадам, а к иным, полисным, торжествам (присвоение царям статусов «благодетелей» и «защитников» городов началось еще в эпоху Александра Македонского).
На протяжении всего III в. до н. э. диадохи и эпигоны продолжали посылать дары в Афины по случаю Панафиней. Племянник основателя династии Антигонидов Филетера Аттал одержал в 276 г. до н. э. победу на Олимпиаде в состязаниях колесниц (Diog. Laert. IV.38–39), а один из сыновей Птолемея еще в 315 г. до н. э. одержал победу на Ликейских играх в Аркадии (Хабихт 1999: 235). В призовых панафинейских списках значатся победители, принадлежавшие к династиям Антигонидов и Лагидов (Хабихт 1999: 236).
Можно, конечно, объяснять это тем, что эллинистические цари (мужчины как минимум средних лет) вряд ли годились в легкоатлеты, для них более важными качествами были сила и выносливость, что и продемонстрировал Пирр, сам принимавший участие в поединках и реальных сражениях (Plut. Pyrr. 23; 34). Царям больше подобало содержать за свой счет колесницы (Климов 2013: 245–246): олимпиоником считался не возница, а владелец колесницы, и именно ему устанавливалась статуя. Цари могли проявлять интерес и к другим видам спорта. Полибий засвидетельствовал случай, когда египетский царь Птолемей IV Филопатор выступил «спонсором» борца Аристоника (Polyb. XXVII.9.7–12), чтобы тот смог победить на Олимпийских играх знаменитого фиванца Клитомаха – победителя соревнований по панкратиону на 141-й Олимпиаде (216 г. до н. э.) и соревнований в кулачном бое на 142-й Олимпиаде (212 г. до н. э.). Однако «спонсорство» Птолемея оказалось неудачным: в описанной Полибием схватке вновь победил Клитомах, да и ни на одной из последующих Олимпиад в списках победителей ни по панкратиону, ни по кулачной борьбе Аристоник не значится.
Рассказывая об этом поединке, Полибий приводит слова Клитомаха о том, что он борется за честь эллинов, а Аристоник – за честь царя Птолемея. Не в этом ли причина игнорирования Павсанием олимпиоников современной ему эпохи, среди которых было много атлетов со смешанными греко-римскими именами? Писатель в своем описании Олимпии приводит информацию почти исключительно о жителях материковой Греции и западной части Малой Азии. Даже описывая жителей других мест, он, так или иначе, ссылается на Грецию. Говоря о статуе Дамиска из Мессении, Павсаний указывает, что, когда мессенцы покинули Пелопоннес, их покинуло и счастье в Олимпийских играх (Paus. VI.2.5). Говоря о надписи египетского царя Птолемея I, он фиксирует, что сам Птолемей назвал себя там македонянином (Paus. VI.3.1).
На глазах греков происходил процесс превращения общегреческих состязаний в ойкуменические, всемирные (в тогдашнем понимании). Начинают нарушаться правила проведения Олимпийских игр, больше не соблюдается священное перемирие. Та роль, которую Олимпиады некогда играли в формировании политического самосознания греков, с приходом эллинистических монархов, а затем и Рима потеряла свое значение: теперь игры стали всего лишь культурным мероприятием и своеобразным напоминанием о золотых днях греческой демократии.