Бесплатная библиотека
Читайте книгу на сайте или телефоне
В каменной долине - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com

В каменной долине

Электронная книга - «В каменной долине». Краткое содержание книги:

Мушег ГАЛШОЯН (МАНУКЯН) — один из интереснейших современных армянских прозаиков. На русский язык переведены только повесть «Дзори Миро» (1972) и роман «Горнило» (напечатан в журнале «Дружба народов» в 1975 году).
Но даже по этим двум произведениям можно судить о писателе, воспевающем родную землю, мужественную душу и трудолюбивые руки своего народа.
Родился Мушег Галшоян в 1935 году в одном из самых суровых, каменистых районов Армении — Талинском.
И отец и мать писателя пережили весь ужас кровавых событий 1915 — 1918 годов. В истории Армении было немало трагических периодов. Над страной заносили свой меч многие завоеватели: еще в 4 веке н. э. Иран и Византия, поделив территорию Армении, стремились уничтожить ее самостоятельность. С середины 14 века более 165 лет армянскому народу приходится вести постоянную кровопролитную борьбу с грабителями и насильниками. Орды Тимура предавали страну огню и мечу. В 16 — 18 веках Турция и Персия, стремясь утвердиться здесь, сделали Армению ареной военных действий, сопровождая их массовой резней мирного населения. Обезлюдели целые области. В 17 веке Персия завладела Восточной (после 2-й русско-японской войны в 1826 — 1828 годах присоединена к России), а Турция — Западной Арменией.
В конце 19 века турецкая армия и полиция организует массовое истребление мирного населения Западной Армении — без различия пола и возраста.
Неисчислимые бедствия принесла армянскому народу первая мировая война. В течение 1915 — 1916 годов турецкое правительство осуществило почти поголовное уничтожение коренного населения Западной Армении. Около 1 млн. жителей было вырезано, примерно столько же выселено на гибель в аравийские пустыни, чудом уцелевшие люди ушли в другие страны; группы беженцев появлялись в самых труднодоступных для жизни местах.
До 1920 года, когда в Восточной Армении была свергнута власть дашнаков, не раз продававших и предававших свой народ, треть населения была физически уничтожена.
И в этих условиях складывался национальный характер народа, сумевшего сохранить в душе любовь к жизни, к родной земле, неиссякаемое трудолюбие и упорство.
Такой характер мы находим в повести Мушега Галшояна «Дзори Миро» (на армянском языке вошла в сборник «Крунк» — «Журавль»). Как светло и ясно звучат воспоминания Миро о детстве, о юности в родном селе! Эти идиллические картины прерывает кровавое нашествие орд погромщиков. Но даже гибель у него на глазах всех близких, издевательства врагов не могут убить в Миро живую душу. Галшоян не идеализирует героя, не скрывает его человеческих слабостей. Но трижды лишаясь семьи, очага, он не становится человеконенавистником, из пепла возрождая свой корень, свой род, продолжая извечное для армянского крестьянина: «из камня делать землю».
Повесть «Путники» (на армянском языке) дополняет «Дзори Миро». Это сборник новелл о людях одной деревни, спасшихся от резни. В новеллах нет однозначных выводов, ибо нет их в жизни, объединяют новеллы общность судеб людских и позиция автора.
Мушег Галшоян — старший сын в семье — окончил Ереванский сельскохозяйственный институт и несколько лет работал агрономом в совхозе «Артени» недалеко от своих родных мест. И во всех произведениях писателя заметна слитность с родной землей, с нелегкой судьбой крестьянина.
«Цветущие камни» (на армянском языке) — сборник очерков о тружениках села. «...Человек, со всеми его радостями и болью, и земля, родившая его земля, на которой он творит и которую он хочет видеть счастливой — вот то главное, что должно быть предметом самого пристального писательского внимания», — считает Галшоян. Через деревню, через крестьянские будни и труд стремится он осмыслить важнейшие проблемы современного человека.
В романе «Горнило» описание трудовых процессов, размышления, речь помогают исследовать психологию героев. Перед нами крестьяне одной бригады. Съехавшиеся к пустынному Бовтуну из разных районов Армении, каждый со своим характером, привычками и обычаями, а нередко и наречием — они объединены любовью к нелегкому крестьянскому труду. То, что люди вырваны из привычных условий, резче проявляет основное в их характерах. Каждый из крестьян словно олицетворяет какую-то одну идею — Сантро с его тоской по оставленному за горами, за Араксом зеленому Ачмануку; «шалопай» Артуш, которого, словно ветром перекати-поле, носит по свету; богатырь Баграт и молчун Нерсо; и, наконец, молодой колхозник Арма, местный философ, от лица которого часто ведется повествование, который вместе с автором оценивает поступки и поведение героев романа, размышляет о человеке, о его месте в мире и о его обязанностях.
И эти люди побеждают пустыню, а заодно и то темное, что хоронится в самых дальних уголках их душ. Несгибаемость, одержимость отмечала критика в героях романа. Мотив духовной силы человека очень характерен для творчества Мушега Галшояна.
Роман «Горнило» удостоен премии Союза писателей Армении.
Продолжая основные моральные и эстетические традиции своего творчества, Мушег Галшоян создал цикл рассказов о Комитасе, с которыми в недалеком будущем смогут познакомиться и русские читатели.
1 ... 47 48 49 50 51 52 53 54 55 ... 137
Перейти на страницу:

— А если б и дурные были, нам-то что от этого?

— Ежели я завтра на работу не выйду, работай на пару с Нерсесовой дочкой.

— Ладно, отец.

Нет, сын явно не понял намека. Ерем решил повторить:

— Говорю, ежели я завтра на работу не выйду, работай на пару с Нерсесовой дочкой.

— Ладно, буду работать.

Ерем рассердился и объяснил намек:

— Хочу сказать, хорошая она девушка.

Варос захлопал глазами, потом вдруг повернулся в сторону Арма и Назик, снова захлопал глазами, пытаясь разглядеть лицо Назик, а потом улыбнулся во весь. рот.

— Она Арма любит.

— Что?

— Говорю, она Арма любит, — Варос смотрел ясным взглядом и удивлялся, что не помнит лица Назик.

— Кто?

— Вай... Да говорю же, Назик Арма любит.

— Кто тебе сказал? Арма?

— Знаю.

— Кто сказал? Кто?

— Да сам знаю, — Варос разозлился: как это он не может вспомнить лица Назик, ведь с весны вместе работали...

— Выкинь из головы, нет такого... Мне сказал, и хватит... Не порочь девушку... Этот непутевый философ ее недостоин.

— Почему? Арма — хороший парень.

— Хороший ли, худой ли, нет такого, — и Еро пожалел, что столько времени держал свое решение от сына в тайне.

Взгляд Вароса напрягся, в зеленоватых круглых глазах возникло удивление, любопытство, смятение — они с весны вместе работают, а он лица Назик не помнит.

— Пойду Арма помогу...

Арма сидел на камне, только что вынутом из земли, курил и глядел на облака, висевшие над Мать-горой и холмами, и звучала в нем песня пастуха Мело... Была вот такая же осень, облака не отрывались от склонов гор, окружавших село, не покидали ущелий, висели себе недвижно. Такую осень волки любят. Отправили его, живого остроглазого мальчонку, в подпаски. В полдень согнали стадо к началу ущелья. Студено было, костер разожгли, старик грел руки над огнем и пел:

Облака на мир легли, Осень дням не одолеть, И собрались журавли К солнцу доброму лететь. Ты играючи лети, Мой журавлик, сквозь простор, Передай привет в пути От моих туманных гор...

— Ну, откопал? — Варос встал напротив Арма, и зубы его засмеялись. — Пришел тебе помочь, — ему показалось, что надо объяснить свой приход, взглянул на Назик. — «И как это я ее лицо забыл?»

...Старик пел, усевшись на корточки возле костра и закрыв глаза, и Арма казалось, что старик просто шевелит губами, а песня исходит из ущелья...

Варос обиделся — Арма не взглянул, не ответил. Он скосил взгляд, точь-в-точь как отец его Ерем, и мысленно бросил: «Непутевый философ», — но тут же раскаялся и захотелось ему попросить у Арма сигарету.

— Дай закурить.

А потом ему захотелось, чтоб девушка подняла голову и посмотрела на него, и потому он спросил:

— Тебе не холодно, Назик?

Девушка, склоненная над бороздой, головой покачала — мол, нет.

Арма подошел к вороху лоз и выбрал самую крупную, чтоб посадить ее на том месте, где лежал камень.

9

Вода!

Она бежала от скалистого своего истока по крепкому руслу. И ни одна ее волна не глядела назад, вода рвалась вперед нетерпеливо и бездумно, всем своим течением. Люди бежали вдоль канала, словно желая обнять воду, приникали к ней руками и лбом, хотели что-нибудь отдать ей и кидали в волны платки и кепки, а над каналом уже суетились воробьи.

Вода рвалась нетерпеливо. Потом открыли заслонки, и вода зазмеилась, разбежавшись по каменистой земле Бовтуна и утихнув в его пыльном лоне.

Бовтун был как во сне — бороздам грезилась зеленая весна, в них уже шелестела надежда.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Глава первая

1

Восход.

Солнце, как петушок, кричит в окна свое «кукареку», и эхо этого крика растворяется в поселке, исчезая где-то за сизой дымкой. Молодые деревца привстали на цыпочки, свесив за забор зеленые головы. Кажется, вот-вот все зацветет: и каменные ограды, и стены домов, и окна.

— Да вы на дома гляньте, на дома! Каждый прямо как дворец. И в городе таких не найдешь. Кругом зелень, красиво... — «Осенью заставлю вдоль улиц деревья сажать: груши, яблони, вишню...» Восход солнца, спокойствие этого утра вселили в директора совхоза Егию Киракосяна умиротворение. Как приятно стоять, подбоченясь, во дворе конторы, курить, смотреть по сторонам, быть сопричастным тишине домов, полей и знать, что пред очами твоими зеленеет бывший Бовтун под сенью Мать-горы и холмов-холмишек... Каменного поля не видать, взору открываются фруктовые сады совхоза, поля клевера. Молодые деревца взбегают на холмы, спускаются вниз по склонам ущелий, вдруг теряют друг друга из виду, потом встречаются опять и кружатся вместе с ручьями.

1 ... 47 48 49 50 51 52 53 54 55 ... 137
Перейти на страницу:
0
Сюжет
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
  • 6
  • 7
  • 8
  • 9
  • 10
0
Атмосфера
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
  • 6
  • 7
  • 8
  • 9
  • 10
0
Главный герой
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
  • 6
  • 7
  • 8
  • 9
  • 10
0
Общее впечатление
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
  • 6
  • 7
  • 8
  • 9
  • 10
Итоговая оценка: 0.0 из 10 (голосов: 0 / История оценок)