Вечность длиною в год (СИ)

Первый шаг - самый сложный.

А потом становится легче. Снег хрустит под ногами - желтый в свете фонарей. Антон хмурит брови - чего он ожидает от меня? Мне хочется провести пальцем по его переносице, разгладить складку. Хочется, чтобы в его глазах вновь сияли янтарные солнышки, чтобы он спал спокойно, чтобы горечи не было в его голосе. Это в моих силах - так почему же я так долго ждал?

- Застегни, - велю я и сам застегиваю на нем куртку. Чувствую его пристальный взгляд, от которого у меня сохнет в горле.

- Спасибо, - произносит Антон. Его голос становится хриплым, в нем появляются совсем другие, какие-то взрослые нотки, и от этого у меня по спине бегут мурашки.

Я поднимаю взгляд. И Антон понимает все. Ну же, Миронов, давай! Сделай то, что хочешь ты и что - Боже мой! - хочу и я. Не заставляй меня делать первый шаг, потому что я не могу. Я отдал тебе свое сердце и душу уже давно, так забирай и остальное - так будет честно, так будет правильно.

Поцелуй горький, как мамин чай, как таблетки, которые я пью пригоршнями. Он неуклюжий и, наверное, совсем смешной. Он неумелый и стыдный до боли. Но это Антон - его пальцы в моих волосах, его запах самый любимый в мире, его любовь самое желанное в моей жизни.

Я отстраняюсь, чтобы вдохнуть. Утыкаюсь носом ему в шею, обхватываю за талию и шепчу тихонько:

- Мне нужно домой.

Антон понимает, что сейчас мне лучше побыть одному. Не каждый день так кардинально меняешь свою жизнь.

- Я проведу до автобуса.

Мы молчим и всю дорогу не касаемся друг друга. Я благодарен Антону за это. Он не давит, не пытается урвать хотя бы еще один поцелуй. Он просто рядом, рука к руке - и эта безмолвная поддержка, эта тихая радость в его взгляде - лучшее, что Антон мог дать мне сегодня.

Что уж тут удивляться, что маме я о сегодняшнем празднике не рассказал почти ничего? Какой уж тут день рождения, когда все мысли о том, что было потом? Зато Мэри - моей милой Мэри! - я рассказываю все. Иногда я испытываю эйфорию, иногда - страх, но что я знаю точно - мне не жаль. Я ничего не хочу менять.

Около полуночи мне приходит сообщение. “Я люблю тебя. Спокойной ночи”.

Я улыбаюсь в подушку.

Я тоже люблю тебя, Миронов.

========== Глава 24 ==========

21 декабря

— Привет.

— Привет.

Я опасливо зыркаю на Антона и тут же перевожу взгляд на стену, старательно делая вид, что меня заинтересовал узор обоев. Произошедшее вчера вечером кажется чем-то нереальным, и я невольно задаюсь вопросом, а не приснилось ли мне это? Но, судя по той кошмарной неловкости, которая сейчас между нами — это все-таки было реальностью.

Я еще раз смотрю на Антона, пока он снимает куртку и разматывает шарф. Кажется, он плохо спал — под глазами залегли глубокие тени. Сегодня от его былой уверенности мало что осталось, и я ловлю себя на мысли, что слишком многого требую от него. Я привык получать от него поддержку, привык полагаться на него, но никогда не задумывался, что ничего не даю ему взамен. Разве что какие-то придирки да периодические истерики, от которых его наверняка уже тошнит.

И я решаюсь. Делаю шаг вперед и коротко касаюсь его холодных губ своими. Это не поцелуй, а какой-то неуклюжий клевок, и я чувствую, как смущенно алеют щеки. В первое мгновение Антон кажется настолько пораженным, что у меня возникают опасения, а не застыл ли он навеки в моей прихожей? Но потом на его лице расцветает улыбка — неуверенная вначале, она вскоре становится широкой и такой счастливой, что дух перехватывает. Он хотел этого? Неужто я хоть что-то сделал правильно?

Антон дергает меня к себе за ворот рубашки, прижимает так сильно и шепчет куда-то в висок:

— Я боялся, что ты захочешь все забыть.

— А ты?

— Я? — он отстраняется, заглядывает мне в глаза — так внимательно, словно от того, что он увидит, зависит ответ на мой вопрос. И, когда я уже не надеюсь услышать что-либо, произносит: — Я никогда тебя не забуду.

На мгновение мне удается представить будущее Антона: вот он заканчивает университет, вот в его волосах появляются первые серебристые нити, а вот он уже совсем старик — и иногда память подводит его, но он все еще не забыл ту короткую историю, того нелепого парня из своей далекой юности. Парню этому суждено остаться молодым — его будущее не стоит представлять. И я очень сомневаюсь, что он заслуживает того, чтобы его помнили долгую жизнь. Но возражать я не стану — может, мне просто хочется жить? Пускай всего лишь в чьих-то воспоминаниях.

***

Наступают зимние каникулы, и Антон проводит у меня почти все время. Его родители вовсю занимаются разделом имущества: отец и так уже живет отдельно, с другой женщиной, но все еще часто заезжает, постепенно вывозя все свои вещи. Антон говорит, что с его стороны это просто мелочная месть, потому что гораздо проще было бы забрать все за один раз, но нет, он продолжает приезжать, и каждый его визит заканчивается грандиозным скандалом. Антон говорит, что дома находиться невыносимо, что раньше между родителями никогда не было столь крупных ссор, но напоследок они, видимо, решили окончательно испортить и так холодные отношения.