Лев Толстой — провидец, педагог, проповедник

Отрицание авторитарного воспитания и его целей — формирования системы качеств, черт характера в соответствии с этической нормой данного общества — было связано с отрицанием Толстым стремления педагогов создать некий эталон «наилучшего человека», который обездвиживал, овеществлял процесс воспитания; Толстой писал: «…люди, во-первых, не знают, какими должны быть люди, — могут в лучшем случае знать только идеал, к которому им свойственно стремиться; а во-вторых, люди воспитывающие сами никогда не готовы, не воспитаны, а сами, если они не мертвы, движутся и воспитываются»[162].

Широту философского кругозора Толстой выказал уже в первой программной статье «О народном образовании» (1862), оценивая различные этико-философские системы. Он писал: «Все педагогически-философские теории имеют целью и задачей образование добродетельных людей. […] Философские теории педагогики разрешают вопрос о том, как воспитать наилучшего человека по известной теории этики, выработанной в то или другое время и признающейся несомненной»[163]. Все философы педагогики, «начиная от Платона и до Канта… хотят угадать то, что нужно человеку», и «каждый предписывает законы, основанные на своей теории, и тем самым стесняет свободу»[164].

Видимо, тем, что Толстому и немецкому педагогу Дистервегу по-разному виделись цели воспитания, объяснялась возникшая в ходе их продолжительной беседы атмосфера непонимания, а высказанное Толстым замечание о том, что в деле воспитания лучшая система — не иметь никакой системы, расценивалось исследователями его педагогического наследия как стремление к анархии в деле воспитания и очередной парадокс писателя.

Толстого волновал вопрос низкой мировоззренческой, этической культуры, возможного снижения творческого потенциала из-за неверного понимания целей и задач нравственного воспитания. Нравственное воспитание в понимании Толстого — это форма нравственного развития. Нравственное воспитание осуществляется самой жизнью общества, семьи. Толстой считал ошибочной позицию тех педагогов, которые связывали цели воспитания с присвоением младшим поколением «сознания» данного этапа развития общества. Это бессмысленно, так как молодое поколение уже имеет это сознание. Цель нравственного воспитания состоит в развитии более высокого уровня сознания, идеальную форму которого человечество давно уже выразило в идее Бога, без которой ничего, кроме скотской жизни, по мнению Толстого, быть не может. Но цель не может быть выражена как нечто конечное.

Толстой считал, что объяснение духовной сущности человека и врожденного подсознательного стремления к благу, к совершенствованию содержится в христианском представлении о наличии частицы Бога в каждом человеке и о том, что человек эту частицу должен сберегать. Толстой не только не отрицал идею Бога, но считал, что она дает возможность утвердить в людях веру в их собственные силы на пути нравственного развития, что учение Христа «руководит людьми не внешними правилами, а внутренним сознанием возможности достижения божеского совершенства. И в душе человека находятся не умеренные правила справедливости и филантропии, а идеал полного, бесконечного божеского совершенства»[165].