ХX век: проработка прошлого. Практики переходного правосудия и политика памяти в бывших диктатурах. Германия, Россия, страны Центральной и Восточной Европы

В новаторской книге 1967 года «Неспособность скорбеть. Основы коллективного поведения» психоаналитики Александр и Маргарет Митчерлих связывали политико-культурные проблемы ФРГ с неспособностью немцев критически воспринимать свое недавнее прошлое[285]. По их убеждению, «вслед за унизительным поражением в войне немецкое общество должно было пережить своего рода меланхолический кризис, коллективно окунуться в депрессию в ответ на насильственное отделение частного „я“ от фюрера, воплощавшего коллективные чаяния и мечты „эго-идеала“. Немцам же удалось избежать подобного самообесценивания путем разрыва всяческих связей с недавним прошлым, его дереализации. Если бы связь с Гитлером и бремя собственной вины были осознаны, меланхолическая реакция оказалась бы неизбежной. Такая реакция была условием подлинной скорби — процесса расторжения связи с утраченным объектом, отделения от него. Только через этот процесс немецкий народ мог преодолеть нарциссическую идентификацию, обеспечивавшую психосоциальную поддержку нацизму, и начать противостоять ужасам, соучастником которых он, явно или неявно, являлся»[286].

«Работа скорби (Trauerarbeit), — писали Митчерлихи, — может быть достигнута только тогда, когда мы осознаем, от чего должны отделиться. И только через медленный отрыв от потерянных объектных отношений, будь то с людьми или с идеалами, — может сохраниться полноценное отношение к реальности и к прошлому. Без болезненной работы восстановления памяти (вспоминания) это не может быть достигнуто. И без этого прежние идеалы, которые при национал-социализме привели к роковому повороту немецкой истории, продолжат действовать в бессознательном»[287]. Свойственная немцам «неспособность скорбеть» имела, по мнению психоаналитиков, серьезные последствия в виде массовой инертности и апатии, а также подспудного сохранения в общественном сознании приверженности нацистской идеологии.