Уплотнение границ. К истокам советской политики. 1920–1940-е
- Автор: Дюллен Сабин
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: Новое литературное обозрение
- ISBN: 978-5-4448-1073-6
- Переводчик: Э. Кустова
- Жанр: История
Электронная книга - «Уплотнение границ. К истокам советской политики. 1920–1940-е». Краткое содержание книги:
Сабин Дюллен — историк, доктор наук, профессор кафедры современной истории России и Восточной Европы в Институте политических исследований, специалист по международным отношениям и истории Советского Союза.
В том виде, в котором она была создана, пограничная зона отвечала, таким образом, интересам безопасности большевиков, а не оборонительным целям финской армии. Последняя выражала заинтересованность в другом проекте, предусматривавшем ограничение вооружений и воинского контингента на «пограничных территориях», которые с российской стороны могли идти на 150 км в глубь страны и включали весь Карельский перешеек. Финским военным не удалось добиться этой гарантии против возможной советской мобилизации и военной атаки. Демилитаризация узкой пограничной полосы соответствовала советскому стремлению предотвратить политическое брожение и возникновение оппозиции на благодатной для этого почве по ту сторону рубежей, а также обеспечить защиту и неприкосновенность границы. Тем не менее советским дипломатам не удалось добиться всего, чего они хотели. Финны отказались, в частности, включить в нейтральную зону некоторые деревни, которые ГПУ считало базой контрреволюционного движения.
Целью большевиков и их соседей было сделать возможным сотрудничество в области поддержания порядка в целях замирения пограничных районов. Соседние государства признавали тем самым право друг друга на ведение слежки и сбор информации на сопредельной территории, где каждое из них держало своих агентов. Условия, предусматривавшие разоружение нейтральной зоны, обеспечивали, таким образом, повод для постоянного вмешательства в дела соседей, и большевики весьма охотно этим пользовались. Выступая в роли полицейских осведомителей, они требовали, чтобы местные власти сопредельных государств очистили свои пограничные районы от представителей антисоветских сил. Среди частых дипломатических протестов по поводу неполного разоружения соседних государств дальше всего шли те, что касались выполнения этого принципа в пограничной зоне, которую было гораздо легче контролировать, чем остальную территорию.
В 1921 году перекрестный надзор за пограничными районами привел к созданию новых двусторонних организаций. Так, 1 июня на советско-польской границе была образована Смешанная комиссия по урегулированию пограничных инцидентов[297]. По следам каждого инцидента пограничные комиссары составляли два отчета на основе информации, предоставленной пограничникам, и показаний местных жителей[298]. С советской стороны информация поступала через Комиссию по борьбе с бандитизмом, созданную на западном фронте несколькими днями раньше (22 мая 1921 года).
Аналогичным образом, чтобы осуществить предусмотренное соглашением разоружение, на финской границе было создано пять местных контрольных комиссий под эгидой Центральной смешанной русско-финляндской комиссии[299]. Им поручалось разрешение всех возможных инцидентов на границе. В середине сентября 1922 года председатель Центральной смешанной русско-финляндской комиссии совершил вместе с финскими делегатами поездку в пограничную зону, чтобы ознакомиться с ситуацией на местах. Он, кстати, был поражен тяжелыми материальными условиями, в которых действовали советские пограничники. В состав контрольных комиссий, действовавших под эгидой финского МИДа и его советского аналога, НКИДа, входили агенты, работавшие на разведку. Обычно с советской стороны в местную комиссию входило по одному представителю от Разведупра РККА и от ГПУ (из числа сотрудников местной погранзаставы). По признанию Г. А. Залкинда, секретаря полпредства в Хельсинки и российского председателя Русско-финского пограничного комитета, с работой в комиссиях могли справиться лишь опытные сотрудники Разведупра и ГПУ[300]. В июне 1923 года отдел контрразведки штаба Петроградского военного округа отдал приказ использовать эти комиссии с разведывательными целями. Но всего несколько месяцев спустя Наркоминдел напомнил советским делегатам о необходимости воздерживаться от любых неосторожных шагов во избежание дипломатических инцидентов. Частая смена советского персонала комиссий, характерная для последующего периода, свидетельствовала, возможно, о том, как трудно было найти правильную модель поведения на полпути между посредническими функциями и разведкой. Финский персонал, напротив, на протяжении 1920-х годов отличался большой стабильностью, что не могло не способствовать успешному сбору сведений о деятельности коммунистов в пограничных районах. За любой инспекцией на советской территории следовал отчет на имя руководителя службы безопасности в Хельсинки.
297
1 июня 1921 года представителями, с одной стороны, РСФСР и БССР, а с другой – Польши был подписан Протокол о комиссиях по разрешению пограничных инцидентов. Граница была разделена на пять участков, каждый из которых поручался отдельной подкомиссии, включавшей по три уполномоченных с каждой стороны. Подкомиссии собирались не реже двух раз в месяц. Комиссия прекратила существование с созданием СССР, в июле 1923 года, но уже в сентябре того же года началась подготовка нового соглашения о разрешении пограничных инцидентов. Оно было подписано только 3 августа 1925 года (ДВП СССР. Т. 8. Док. 257. С. 464).
298
Практика составления пограничниками подробных отчетов, нередко включавших зарисовку произошедшего инцидента, восходила к дореволюционному периоду. Речь шла о том, чтобы собрать доказательства на случай дипломатического вмешательства. До революции не существовало постоянных смешанных комиссий и функции пограничного комиссара лежали на местном начальнике полиции. См.: Инструкция службы чинов… Ст. 452. С. 82.
299
Функции Центральной смешанной комиссии были переданы Русско-финскому пограничному комитету. С советской стороны его возглавлял первый секретарь полпредства в Хельсинки.
300
Письмо Г. А. Залкинда Берзину, март 1923 г. // АВП РФ. Ф. 0135. Оп. 6. П. 107. Д. 6. Л. 171–172 (цит. по: Рупасов А. И., Чистиков А. Н. Советско-финляндская граница. С. 117).