О китах и китобоях. Как мы чуть не истребили самое крупное животное на Земле

На тех, кто получил лицензии раньше, первое время это требование не распространялось. Однако норвежские судовладельцы постепенно стали понимать, что оставшаяся туша — это тоже деньги, и с 1909 года в Грютвикен пришла первая плавучая жи- роварня, способная переработать целого кита. Постепенно стали появляться и другие подобные суда, в том числе и на Южных Шетландских островах. Туши с уже срезанным салом скупали за бесценок на наземных станциях или на плавучих жироварнях старого типа. На новых жироварнях вытапливали жир из мяса и костей, а остатки сушили на удобрения. В декабре 1912 года на острове Десепшен открылась береговая станция, управляемая «Китобойной компанией Гектор» из Тёнсберга. Эта станция использовала туши, оставшиеся от жироварен старого типа из бухты Китобоев.

В начале промысла среди добытых китов преобладал горбач. Однако в течение первых десяти лет с тех пор как Карл Антон Ларсен начал свою деятельность в Грютвикене, в Южном полушарии добыли более 13 тысяч синих китов. Это, судя по всему, было сопоставимо с показателями добычи в Северном полушарии (около семи тысяч добытых животных зарегистрировали за период с 1900 по 1914 год, кроме того, не следует забывать и неучтенное количество китов из Финнмарка и Исландии в 1800-е годы). На Севере промысел синего кита начал потихоньку сходить на нет с началом Первой мировой войны в 1914 году, в то время как в Антарктике он только начинался.

Синие киты пока еще водились в Южном Ледовитом океане в избытке. Спрос на китовый жир оказался неиссякаемым.