О китах и китобоях. Как мы чуть не истребили самое крупное животное на Земле

Британский губернатор на Фолклендских островах Уильям Аллардайс выдал норвежцам разрешение на промысел у населенных Фолклендских островов в обмен на небольшую плату. Промысел у Южной Георгии, напротив, запретили полностью. По мнению британцев, аргентинская компания «Песка» незаконно стала распоряжаться британской территорий, когда основала свою станцию в бухте Грютвикен. Сначала нужно закончить переговоры с «Пеской» по поводу договора аренды, а потом уже можно будет рассматривать и другие заявления. Однако норвежцы могли делать все, что хотели, на Южных Шетландских островах, у самого юга Антарктического полуострова. Алекс Ланге утверждал позднее, что губернатор ему сообщил, что эти острова не принадлежат Британской империи. Губернатор Аллардайс, со своей стороны, заявил, что он ответил уклончиво. Статус Южных Шетландских островов еще не был окончательно определен. Британцы никогда не стремились утвердить свой суверенитет над этими ледяными мелкими островами. Однако интерес со стороны китобоев быстро изменил ситуацию.

Алекс Ланге и остальные норвежцы прибыли на Южные Шетландские острова в конце января 1906 года. «Это было холодное лето, больше похожее на зиму»14, — писал капитан в своем дневнике. «Адмирал» бросил якорь в одной из защищенных бухт. Промысловые суда добыли много синих китов почти у самого берега, но экспедиция пришла слишком поздно, чтобы добиться хорошего результата. Начиналась осень. Лед и непогода заставили их вернуться домой уже через несколько недель.

Не успел «Адмирал» завершить промысел, как в Весфолле уже появился конкурент. Эта китобойная компания назвалась «Китобойное общество Саннефьорд». Компания собиралась направить собственное промысловое судно на Юг в следующий сезон. Акционер и совладелец Педер Боген связался с новоиспеченным норвежским министерством иностранных дел в феврале, чтобы с его помощью получить необходимые разрешения от британцев. Однако там в отношении Великобритании — мировой сверхдержавы — на повестке дня стояли более важные вопросы, чем китобойный промысел. В первую очередь, велись переговоры о закреплении норвежской независимости. С этой целью в качестве главы государства выбрали именно датского принца Карла, женатого на дочери британского короля Эдуарда. Владея обширной империей, британцы, кроме того, контролировали доступ в морские порты и к складам с горючим, крайне необходимым для норвежского судоходства.