Дорога через безмолвие
- Автор: Мурхед Алан
- Год: 1988
- Язык: русский
- Переводчик: Переводчик неизвестен
- Жанр: Путешествия и география
Электронная книга - «Дорога через безмолвие». Краткое содержание книги:
Кроме того, Кинг много размышлял над историей с тайником в лагере и пришел к выводу, что Браге и Райт, вернувшись туда, должны были увидеть, что кто-то разрыл яму; они должны были также понять, что костры разжигали белые.
«— Как можно было узнать, кто разжигал костер, — белый или туземец? Там не осталось ни кусочка дерева; Вы полагаете, что сами могли бы отличить?
— Там оставались несгоревшие куски, хотя он [Райт] утверждает, что там ничего не было.
— Имелся ли в лагере запас дров?
— Нет, дров не было. Нам пришлось сжечь несколько оставленных скамеек, и часть из них прогорели не полностью; но это не главное — уже по расположению костров можно было понять, что их жгли белые».
Еще он хотел бы добавить следующее, продолжал Кинг: «Господин Ленделс предъявлял претензии и требовал разбора своего дела. Я готов выступить в защиту господина Берка в качестве свидетеля и участника».
В этот момент д-ру Уиллсу было позволено обратиться с вопросом к Браге:
«— Я хотел бы спросить, не оставил ли мой сын, господин Уиллс, перед выходом в рейд дорожную сумку?
— Он оставил в палатке мешок, ситцевый мешок с одеждой.
— Знали ли вы, что это были его личные вещи?
— Да, знал.
— Почему же тогда вы взяли мешок с собой в Менинди, а не зарыли в яму?
— У господина Уиллса было ровно столько же одежды, сколько у остальных. Я никак не думал, что им понадобится одежда.
— Не кажется ли вам, что эта одежда могла спасти ему жизнь?
— Сейчас мне известно многое из того, чего я просто не мог знать раньше. Если бы я знал, что они вернутся в тот вечер, я, конечно же, остался бы в лагере. Ьудь у меня хоть малейшая причина допустить, что они когда-нибудь вернутся, я бы скорее погиб, но не покинул лагерь».
Оставался еще один важный свидетель, д-р Герман Беклер. Очень скоро выяснилось, что он держит сторону Райта, во всяком случае резко настроен против Верка. Берк, говорил д-р Беклер, не раз позволял себе «грубые выражения» по отношению к нему и к Ленделсу во время перехода из Мельбурна в Менинди, причем оскорбления Берка были не только грубыми, но и несправедливыми. Вскоре он понял, что угодить Берку невозможно, и решил отказаться от участия в экспедиции — частично из-за постоянных придирок к Ленделсу, а частично из-за невозможности вести научные наблюдения. Берк запретил ему проводить эту работу. В результате он застрял в Менинди. Позднее врач переменил свое решение и вызвался сопровождать Райта до Куперс-Крика.
«— Все члены экспедиции были здоровы в то время?
— Насколько мне известно, да.
— Однако вскоре после того, как Вы покинули Менинди, несколько человек заболели?
— Да, первые симптомы появились у Стоуна в Торовото. Господин Райт нанял его за день-два до выхода из Менинди, куда Стоун вернулся из Аделаиды, где его пользовал врач.
— На что он жаловался?
— У него был, как это называется здесь, хронический бронхит.
— Если он был нездоров, зачем же его взяли в экспедицию?
— По его виду никто бы не сказал, что он страдает какой-то болезнью.
— Вы его освидетельствовали перед походом?
— Нет.
— Хотя в тот период вы отвечали за медицинскую службу экспедиции?
— Да, поскольку вызвался сопровождать господина Райта. Но я не мог решать, брать человека или нет, это было не в моей власти.
— Не считаете ли вы, что длительное бездействие в Менинди без каких-либо занятий предрасполагало к болезням?
— Видимо, да; по крайней мере, так было в случае с господином Беккером.
— От чего умирали люди — от цинги или других болезней?
— Г-н Беккер умер от дизентерии и развившегося в результате ее истощения. При этом у него наблюдались и типичные симптомы цинги. Перселл умер от истощения, вызванного цингой.
— Значит, цинга была основной причиной смерти?
— Да, цинга была основной причиной всех случаев смерти в нашем отряде.
— Получали ли больные цингой консервированные овощи в достаточном количестве?
— У нас не хватало времени на приготовление этих овощей.
— Вы взяли с собой в экспедицию набор семян. Сумели ли вы их употребить каким-нибудь образом?
— Первые семена мы посадили в Буллу рядом с криком, но как только появились первые ростки, их сожрали крысы».
Заявление Макдоно о том, что он довел Пэттона до голодной смерти, продолжал Беклер, совершенно несправедливо. Он сам готовил Пэттону еду — кашу на завтрак, рис с яблоками днем или вечером. Он также давал больному суп из сушеного мяса, однако консервированные овощи оказались для него слишком твердыми.
Последнее слушание состоялось 30 декабря 1861 года, а месяц спустя комиссия вынесла решение. Оно гласило: «Тщательно подготовленная и полностью обеспеченная всем необходимым экспедиция без затруднений добралась до населенного пункта Менинди на реке Дарлинг, где была необдуманно разделена г-ном Берком. Г-н Берк допустил ошибку, назначив г-на Райта на важную должность в экспедиции, не зная ранее этого человека и не располагая о нем достаточными сведениями; вместе с тем следует признать, что неожиданные решения об отставке г-на Ленделса и д-ра Беклера создали в экспедиции сложное положение и привели к этому назначению.
Г-н Берк проявил усердие в ущерб осторожности, покинув базовый лагерь на Куперс-Крике, не дождавшись прихода тылового отряда из Менинди и не обеспечив, вопреки указаниям, надежной связи с населенными пунктами; пустившись в столь длительный поход со скудным запасом провианта, г-н Берк возложил на свою партию непосильное бремя, результатом коего явились гибель животных и изнурение людей от усталости и многих лишений.
Поведение г-на Райта следует расценивать как в высшей степени предосудительное. Совершенно ясно, что г-н Берк, расставаясь с ним в Торовото, рассчитывал на безотлагательную активную поддержку с его стороны; представляется маловероятным, что руководитель экспедиции мог предположить возможность сколько-нибудь продолжительной задержки на Дарлинге. Г-н Райт не смог дать удовлетворительного объяснения причин своей проволочки; между тем за исключением смерти Грея все несчастья, случившиеся с экспедицией, в значительной мере обусловлены этой задержкой. На г-не Райте лежит также тяжкая ответственность за то, что в тайнике на Куперс-Крике не было достаточного количества провизии и одежды. Убедившись в невозможности доставить провиант на Куперс-Крик, он должен был поместить его в другом месте, оставив в лагере соответствующие указания.
Экспедиционный комитет совершил весьма серьезную ошибку, невнимательно отнесясь к депеше Берка из Торовото и не настояв на скорейшей отправке колонны г-на Райта из Менинди. Комитет располагал сведениями о ее задержке из писем гг. Беклера и Беккера, датированных разными числами вплоть до конца ноября, однако не обеспокоился этим фактом; никто из его членов не осознал жизненно важного смысла слов г-на Берка о том, что «за ним вскоре должна двинуться» основная колонна; никто не подумал о катастрофических последствиях, которые могут произойти — и, к несчастью, произошли — из-за рокового бездействия г-на Райта и его людей на Дарлинге.
Поведение г-на Браге, покинувшего свой пост в базовом лагере до возвращения туда руководителя или прибытия замены с Дарлинга, заслуживает осуждения; однако мы придерживаемся мнения, что груз возложенной на него ответственности оказался непосильным; не следует также забывать, что, получив уверения руководителя, он имел все основания рассчитывать в самое ближайшее время на помощь от г-на Райта, которой не последовало. Г-н Браге оставался на посту четыре месяца и пять дней и покинул его лишь в связи со смертельной болезнью спутника; только в этой ситуации его долготерпению пришел конец и он отступил, лишив тем самым единственной надежды тех, кто по роковому совпадению вернулся в лагерь в тот же день. Его решение оказалось пагубным, но мы считаем, что его действиями руководило искреннее желание выполнить свой долг. Мы прекрасно понимаем, сколь мучительной должна быть для него мысль о том, что прояви он выдержку и стойкость еще двадцать четыре часа, он стал бы спасителем экспедиции и заслужил бы восторги и всеобщее одобрение. Эта тяжкая мысль усугубляется обидой на ту часть общественности, которая осуждала его, как он, видимо, считал, незаслуженно.