Записки старика
- Автор: Маркс Максимилиан Осипович
- Год: 2021
- Язык: русский
- ISBN: 978-5-00165-279-3
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Записки старика». Краткое содержание книги:
«Записки старика» представляют интерес для исследования польско-российских отношений. Показательно, что, несмотря на польское происхождение и драматичную судьбу ссыльного, Максимилиан Маркс сумел реализовать свой личный, научный и творческий потенциал в Российской империи.
Текст мемуаров прошел серьезную редакцию и снабжен научным комментарием, расширяющим представления об упомянутых М. Марксом личностях и исторических событиях.
Книга рассчитана на всех интересующихся историей Российской империи, научных сотрудников, преподавателей, студентов и аспирантов.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
– Священное писание у нас одно и то же, и потому я осмеливаюсь обратить внимание вашего преосвященства на слова, находящиеся в нем: «первые будут последними, а последние – первыми»[191].
Остолбенел архиерей и едва собрался с силами ответить на этот ловкий диалектический изворот вздохом и чуть ли не со стоном:
– Любомудрствуете, любезнейший, любомудрствуете. А мы-то в простоте духа, без всякий любомудрствований…
– Змий искуситель! – прибавил преосвященный, обращаясь к стоявшему при нем причетнику и указывая пальцем на удалявшегося в переднюю пастора.
Общество сельского хозяйства и промышленности затеяло выставку произведений своей губернии. Последовало разрешение на нее свыше, и хотя малочисленность экспонатов и жалкий вид представляемых ими предметов очень затрудняли и устроителей, и распорядителей, однако придан был ей вид, хотя не блистательный, а все-таки сносный, и даже очень порядочный. Оставалось открыть ее поднятием иконы, молебном и водосвятием; и вот затруднение: никто из членов общества не хочет отправляться к его преосвященству в виде депутата с просьбою благословить открывающуюся выставку. Да и в самом деле что а охота вдруг попасть в некие энгельгарды? Кое-как уговорили наконец помощника председателя общества и директора гимназии Петра Дмитриевича Шестакова[192] съездить к страшному архиерею. Тот поехал и успел склонит его на соизволение, но спрошенный о приеме и разговоре во время приема, ответил с улыбкой и махнув рукою только односложным «ну!»
По окончании молебна преосвященный выступил с необходимой и неизбежной при каждом случае импровизированной в простоте духа проповедью и разрядился следующим условным периодом:
«Ежели открываемая выставка имеет целью усиления славы божьей и благодарности всевышнему за данные им дары, ежели она будет возбуждать в душах посетителей ее благочестие и набожность – я призываю на нее благодать Создателя и благословляю ее; ежели же напротив она послужит к распространению житейской суеты, роскоши и разврата, и отвлечет набожных и преданных веры от простоты духа, смирения и покорности божьему провидению, то я проклинаю ее и предаю анафеме».
Заметим, что это был финал его проповеди, или, лучше сказать, заключение высказанной им семинарской хрии, и что вслед за этим хор певчих грянул: «спаси, господи, люди твоя», и проповедник пошел окроплять залы выставки святой водою.
– То же он и вчера говорил, – сказал П. Д. Шестаков по окончании обряда открытия.
Простота духа не оставила преосвященного Тимофея и в присутствии Государя Императора Александра Николаевича в Смоленске.
Перед обедом Государь, подошедши к столу, хотел налить себе рюмку вина, как вдруг архиерей, приглашенный тоже к столу, обратился к нему со словами:
– Богу нужно прежде помолиться, ваше Императорское величество, Богу!
– А, да! Начинайте!
– Очи всех, Господи, на тя уповают… – и т. д., с чувством, толком и продолжительной расстановкой прочитал архиерей.
Государь пригласил занять его место возле себя и постоянно подливал в его рюмку вина, упрашивая выкушать.
Под конец обеда бедный старик не мог подняться с кресла без помощи двух послушников. Александр Николаевич, был, кажется, очень доволен неустойчивостью архиерея, не показывая вид, что не примечает ее.
Через месяца 4 или 5 епископ смоленский и дорогобужский был уже на упокое на Меже, в Ардынской пустыне поречского уезда.
Совершенно в противоположность архиерею можно поставить другую современную ему личность – председателя казенной палаты, Колковского. Ежели тот говорил и действовал по своему понятию в простоте духа, то этот напротив и одно, и другое вел выгодным для собственного только индивида и всегда окольным и извилистым путем.
Генерал Черняев был женат на его сестре, женщине замечательной красоты и ума. При помощи ее Колковский поступил в гражданскую службу, начав ее с очень неказистой карьеры писца, но при протекции сестры и ее мужа, быстро подвигался и в чинах, и в соответствующих им должностях, и наконец дошел до места советника в казенной палате. Тогда в палате за столом сидели 4 советника. Три из них получали не более 400 руб. асс. годичного жалования и должны были довольствоваться исключительно им только. Не то четвертый, заведующий питейным сбором. Этот при таком же жаловании имел с одних откупщиков по губернии более 10 000 рублей так называемого приношения, кроме неопределенной доставки для домашнего употребления натурою quantum satis[193] водок, настоек и наливок. Колковский вскоре занял это теплое местечко и женился на девушке с порядочным приданным и, главное, первой красавице в Вильне.
191
Евангелие от Марка. 10:31. «Многие же будут первые последними, и последние первыми».
192
Шестаков Петр Дмитриевич (1826–1889), педагог, ученый и общественный деятель. С 1852 по 1855 гг. – инспектор, а с 1855 по 1860 гг. – директор Смоленской гимназии. В 1865–1883 гг. исполнял должность попечителя Казанского учебного округа.
193
Достаточное количество (лат.).