Первые перелеты через Ледовитый океан
- Автор: Байдуков Георгий Филиппович
- Год: 1977
- Язык: русский
- Год: Детская литература
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Первые перелеты через Ледовитый океан». Краткое содержание книги:
Валерий продолжает дремать в спальном мешке, а Саша упорно докапывается до причины скверной работы радиопередатчика.
Тем временем погода стала ухудшаться. Откуда-то слева надвинулся солидный циклон, преграждая нам путь. Справа на горизонте виднеется просвет. И так как видимость по горизонту еще большая, я решаю, что лучше всего уклоняться вправо с постепенным набором высоты, а затем, когда высота полета будет больше высоты облачности, свернуть на прежний курс. Идти напрямую в облачность мне не хотелось, так как температура на высоте 4400 метров была минус 15°. А недавний опыт показал, что можно обледенеть и при более низкой температуре, чем сейчас.
С каждой минутой обстановка обостряется. Циклон над горами, вершины которых достигают уже четырех километров, не позволит в случае обледенения уйти вниз, в теплые слои воздуха, а перепрыгнуть через высокую облачность мы не сможем. Антиобледенительная жидкость для винта закончилась. Запасы кислорода иссякают. Впереди — ночь.
Что делать? Лететь ли дальше, или возвратиться немного назад и сесть на один из аэродромов Канады? Или пробиваться в Америку? Благо запасы бензина еще есть, материальная часть работает отлично. Даже радиостанция, много часов практически не работавшая, исправлена умелыми руками Белякова. Оказалось, что кто-то из нас, когда пролезал между бортом фюзеляжа и радиопередатчиком, задел за провод антенны и сделал надрыв. Только поэтому ток в антенне был мал. Теперь все исправлено, но нам никто не отвечает по условному метеокоду, который давно повез в Америку наш старый товарищ — «король репортеров», корреспондент газеты «Правда» Лев Борисович Хват. Иногда Саша ловит отрывки каких-то сообщений на английском языке, но он им еще не овладел. Однажды штурман поймал сообщение какого-то радиолюбителя об очень скверной погоде в районе Прибрежных гор. Эту телеграмму Беляков разобрал отлично, так как она была передана на французском языке.
Обо всем этом я думаю, продолжая набирать высоту. К 21 часу самолет идет на 5500 метрах. Сверху точно навес из высокоперистых облаков, просвечиваемых солнцем.
Саша надел кислородную маску. Валерий почувствовал высоту, проснулся и полез к заднему сиденью тоже подышать оживляющим газом.
Внизу появились на короткое время разрывы в облачности, и я заметил, что нижний слой ложится на вершины горных хребтов.
22 часа 50 минут. Высота — 6 километров. Похолодало, Наружная температура минус 20°. Только теперь нам стало ясно, что внутреннее отопление кабины самолета не эффективно, когда мотор в последней части пути работает на пониженных оборотах, чтобы экономить бензин, как того предусматривают графики Тайца и Ведрова. Не удивительно поэтому, что вода, а точнее, некая смесь в резервном бачке застыла. С другой стороны, увеличить обороты двигателя ради повышения температуры в кабине самолета — тоже не выход, так как тогда не хватит бензина, чтобы достичь США.
После 46 часов полета на 4—5 тысячах метров лететь на высоте до шести километров не шутка даже для таких закаленных летчиков-испытателей, как Чкалов.
Я прошу командира сменить меня хотя бы на короткий срок. В 23 часа Валерий прилагает последние силы, чтобы совершить виртуозную смену вахт. Он сильно побледнел, из носа пошла кровь. У меня закружилась голова, и я долго отлеживаюсь на баке, за спиной летчика. Чкалов прильнул к кислородной маске. Кровотечение еле остановилось. Я едва дополз до свободной кислородной маски и сразу освежился и набрался сил.
А облачный барьер так и заставляет подворачивать вправо. Командира это сильно беспокоит, и он, покачав самолет, пригласил меня к себе. Я снова сменяю командира. Но на высоте шести километров передача управления физически настолько тяжела, что пульс повышается до 140 и сердце слегка покалывает. Лишь кислород снова приводит меня в работоспособное состояние. Оглядываю контрольные приборы мотора: все нормально. Только водомерный поплавок немного опустился: запасная смесь замерзла и водяной насос работает вхолостую.
Беляков сообщает, что кислорода осталось в запасе не более чем на один час полета. Я зову к себе командира и штурмана. Мы обсуждаем, как лететь дальше, учитывая, что долго без кислорода на высоте шести километров лететь опасно, особенно после двух суток непрерывного полета.