Право рождения (СИ)
- Автор: Gusarova, Оплачко Светлана Sиничка
- Язык: русский
- Жанр: Магический реализм
Электронная книга - «Право рождения (СИ)». Краткое содержание книги:
На самом деле, основной целью визита в Балясну было собрать Владкины вещи для переезда в Новосвирьск. Илья уверил оставшуюся на Качурке Сашу, что вполне справится с этим. Плюс — мальчишки вернулись из спортлагеря, и Илья намеревался побыть с ними несколько дней отпуска. Сблизиться, осторожно прощупать почву относительно их взглядов на дальнейшую жизнь. Как они отнесутся к тому, что сестра уедет в другой город на другой конец страны? И как близнецы сами считают, что лучше для их будущего: учиться в элитном арвиниканском колледже или обычной школе по соседству с институтом Айвазова и Владкиным детским садиком? В груди снова возникло чувство тянущей за душу неуверенности. Откуда Илья знал, как лучше?
«Буду действовать последовательно, — рассудил он, сжимая ручку дорожной сумки и косясь на идеально отглаженный пиджак духа-водителя. — По мере развития ситуации. Во всяком случае, семейные вопросы стоит решать вместе. Хотели бы мальчики думать так же! Особенно Савва».
Необходимость общения с наследником Яхонтовых противно сжала внутренности и заставила вспомнить, как давным-давно молокосос Илья ехал серьёзно разговаривать с другим представителем династии — самим Малютой. Ехал туда же, в Петрово, тайком от наставников, чтобы захватить Вия врасплох дома и, предъявив обвинение в убийстве родителей, выдавить из него чёрную душу. Илья сглотнул слюну, чтобы промыть пересохшее горло — он до мелких подробностей помнил тот день. И приглушённый свет в охотничьей зале у Вия, и то, как дородный, осанистый колдун в домашнем халате, зелёных носках и сафьяновых туфлях величаво прохаживался перед ним — застывшим в напряжении после выкрикнутых дерзких слов с нелепо сжатыми кулаками и по-дикарски искажённым лицом. В зеркале напротив Илья отражался умственно-отсталым оборванцем перед умудрённым жизнью и безупречно владеющим собой политиком. Малюта же, толкуя с ним, прекрасно понимал, что его жизнь может оборваться в любую секунду, но чёрт возьми! Таким даром убеждения противника никто ни до, ни после покойного Яхонтова не мог похвастаться! И он восхищал.
— Истислав, Истислав, — приговаривал Яхонтов со снисходительной и располагающей к себе улыбочкой. — Ты слишком молод, чтобы понять перипетии колдовского мира, где нет ни добрый дел, ни злых, а порядок держится почти исключительно на силе и старинных, писанных кровью, прошу тебя запомнить это, чужой кровью законах! Разве я не соблюдал законы Неба, когда предал казни колдуна, связавшего жизнь с ведьмой? И разве твоё рождение было законным? Посуди сам, Истислав Всеславович, ты рождён чернобогом — за что тебе благодарить родителей? За то, что ты обречён мириться со своей природой, от которой всяк открещивается, как от заразы? За то, что ты одинок, как перст, в своём несчастии? За то, что ты ущербен, не способен ни летать, ни колдовать по-человечески? За то, что тебя ни одна душа на свете не готова принять? Разве я неправ? Разве такое нужно допускать?
О! Он знал, куда бить. Илья слушал врага, убийцу своих родителей, и во всём с ним соглашался, вспоминая горькую судьбу. Отвечать утвердительно он, конечно, не собирался, но молчал и слушал, дурак дураком — вместо того, чтобы, как планировал, одним махом отправить мерзавца к праотцам на разборки.
— А ведь, если сможешь дойти умом, это я тебя вырастил. Переярский детский дом, говоришь? Под патронажем «ГосПара». Новосвирьский тоже. Мы опекаем тысячи, десятки тысяч сирот по всей стране и не только. Повышенная стипендия для одарённых детишек, лишенных радости жить в семье? Да, это тоже моя заслуга! И невгородский интернат, в котором ты делаешь научные успехи, и даже, — Малюта поднял палец, — исследования карасукского золота, качурского адаманта проходят под спонсорством «ГосПара». Я сам нигде не учился, не до того было, а диплом БГУ купил. Стыдно самому! — Яхонтов всплеснул руками, словно вот за это, не за убийство отца и матери извиняясь перед Ильёй. — Но готов жертвовать миллионы и миллиарды на становление таких, как ты, молодых, упорных мальчиков с тяжёлым детством. Талантливых, способных сделать страну великой, если дать им ресурсы для роста! Ты пришёл, чтобы убить меня. Я же безвозмездно предоставлял тебе все эти годы кров, тепло, еду, одежду и возможность стать человеком. Стал бы ты таким, будь твои родители живы? Подумай.
Илья заметил, как недоверчиво скривилось его собственное отражение в зеркале. Малюта же развернулся к нему и раскинул руки приглашающим жестом.
— Знаешь что, мальчик мой? — Он сузил сметливые карие, нет, чуть ли не кирпичные глаза, превратив их в почти эрские щёлки. — Я не против того, чтобы уйти из жизни, если общество посчитает это справедливым. Я так устал, если бы ты знал как! Мир держится на этих плечах, Истислав, — Яхонтов похлопал себя по широченным надплечьям, — целый мир! И давит, не принося, увы, ни радости, ни успокоения. Он, если веришь, для меня лишён красок и прелестей. Но ты скажи, если я уйду, что будет после меня? Кто придёт править после Яхонтова? На кого я оставлю свои заботы? Мой сын трагически погиб. Моя дочь, получившаяся по ошибке от ведьмы, — Малюта повысил голос, — и ты знаешь её судьбу, у меня даже для собственной семьи нет исключений! Вертихвостка, не способная ни варить котелком, ни принести мне достойного отпрыска. Собственная жизнь мне не дорога настолько, что я, как видишь, даже не прошу у тебя пощады. Я мёртв внутри, давно и бесповоротно, и потому не испытываю страха перед тобой. — Он приблизился вплотную к Илье, едва не задевая халатом, заглянул в глаза открыто, бесстрашно и, как показалось Айвазову, доверительно. — Если ты убьёшь меня, кто призовёт этот мир к порядку? Ты думаешь, это лёгкое бремя?
Илья не выдержал, отрицающе помотал головой.
— Вот видишь. — Малюта по-доброму, чёрт возьми, с пониманием мигнул глазами! Илья почти ни в ком прежде не встречал сочувствия и обычного человеческого понимания, а тут...
— Я предложу тебе идею получше, сынок. Давай, мы станем с тобой сотрудничать.
...Бр-р-р!
Илья резко вытолкнул себя из переживания и обнаружил, что изо всех сил стискивает ручку проклятой сумки. Хорошо, не руку дочери! Он, точно спросонья, кинул настороженный взгляд на Владу.
— Папа, — полуобернулась та с невинным видом и запорхала ресничками. — Я пи́сать хочу, а «Детский мир» во-он на той улице.
«В ней тоже полно его крови, — стукнулась мысль. — В моих детях кровь моего врага, и она же поит Калтысь».
— Потерпишь. Дома будем через десять минут, — как можно твёрже возразил он дочери.
От тревоги перед встречей с близнецами и ни к месту пришедшегося воспоминания разболелась голова. Скуксившись, тихонько прижав пальцем висок, Илья доехал до Петрово и вновь с изумлением подумал о том, как этому логову врага приключилось стать его собственным домом. Нет, теперь с Яхонтовыми надлежало сближаться, он сам стал частью Яхонтовых, или они — частью Айваседа. Пропуская выскочившую из машины дочь вперёд, Илья незаметно выцепил из внутреннего кармана фляжку с коньяком и сделал пару глотков для храбрости. Вспомнил про коллекцию электрогитар в их с Сашей спальне, офигенную ванную, больше похожую на озеро с гейзерами и обширный бар, и тем самым вернул себе позитивный настрой.
«Не живи прошлым, — подсказал рассудок. — Они — твоя семья».
Обоняние мгновенно уловило тот самый флёр, присущий дому Яхонтовых. Каждый род и каждый дом имеют свой запах, как в природе любое звериное обиталище. Колдуны Левой Руки как-то стойко ассоциировались у Айвазова с лёгким духом медвежатины, а также пряными травами Пошновского взморья, сухофруктами и выпечкой. Хотя запах выпечки производил...
— Вахтанг! Савва! — Бусинка заверещала, свернулась ветерком и помчала, снося всё на своём пути по направлению к долговязой фигуре, раскинувшей руки. Подняла полы атласного халата, обдув загорелые ноги брата в ярких носках, попала в объятья, закружила его, нарвалась на подобные укусам грубые поцелуи, щипки и приговаривания:
— Маленькая. Вот и ты. Скучала по мне, признавайся?
— Сав-ва, не ку-сай-ся! — попискивала Бусинка, брыкаясь и не желая сходить с цепких рук, щекотавших её.