Всеволод Кочетов. Страницы жизни, страницы творчества

Успешно развивались исторические и историко-революционные жанры. В лучших произведениях на тему исторического прошлого нашей Родины нашли свое отражение сложные пути становления и развития русского государства, многовековая освободительная борьба трудящихся масс, раскрывалась закономерность Октябрьской социалистической революции.

Намного скромнее были успехи в отражении послевоенной действительности. Второй Всесоюзный съезд писателей в своей резолюции особо подчеркнул, что «литература во многом еще отстает от стремительного развития советского общества», что еще «мало создано значительных художественных образов наших современников...»[44].

Остро ощущалось отставание в изображении рабочего класса, который в литературе 30-х годов занимал ведущее место. Из книг о жизни и труде советского рабочего класса, написанных в первые послевоенные годы, наибольший интерес читателей вызвали романы «Далеко от Москвы» (1947) В. Ажаева, «Кружилиха» (1947) В. Пановой, «Донбасс» (1951) Б. Горбатова. При всей значительности этих романов они все же не могли возместить потребность в произведениях на волнующие проблемы послевоенной действительности: книги В. Ажаева и В. Пановой показывали самоотверженный труд, заботы и тревоги производственных коллективов времен войны, а задуманный как большое эпическое полотно роман Б. Горбатова остался незавершенным и по своим временны́м координатам не вышел за пределы довоенных пятилеток.

За шесть-семь послевоенных лет были опубликованы и другие повести и романы, посвященные рабочему классу. Но большинство из них ограничивалось перепевом традиционного конфликта между рабочим-новатором и консервативным руководителем. Нередко в таких произведениях описания производственных процессов отодвигали самого человека в тень, внутренний мир героев, их личная жизнь изображались поверхностно, невыразительно.

В этих условиях свежо, молодо, даже полемически задорно прозвучал роман Всеволода Кочетова «Журбины» (1952). И он сразу же был замечен читателями и критикой. Вскоре после публикации этого произведения «Правда» писала: «Роман «Журбины» — явление в литературе, имеющее принципиальное значение. Автор изображает жизнь советского рабочего класса в ее полноте, в труде, в быту, в личных взаимоотношениях, в богатстве мыслей, дум, чувств, культурных запросов строителей коммунизма. Такое направление заслуживает всяческой поддержки»[45].

Замысел «Журбиных» вызревал годами: писались «деревенские» повести, шла работа над «Товарищем агрономом», а вместе с тем накапливался материал для романа о ведущем классе советского общества. Как известно, с одним из отрядов этого класса — кораблестроителями — В. Кочетов близко познакомился еще во времена своей юности. В послевоенные годы с корабелами вновь свела его журналистская практика. Наша критика резонно обратила внимание на такие очерки В. Кочетова 1947 — 1948 гг., напечатанные в ленинградских газетах и сборниках публицистики, как «Дружба», «Балтийская марка», «Корабельщики» и другие, в которых легко угадываются не только прототипы отдельных образов, но и многие жизненные ситуации, изображенные в «Журбиных»[46].